Просыпаюсь от того, что у меня трезвонит телефон. Подушка твердая и горячая. Сонно протягиваю руку к тумбочке, беру телефон. По мелодии точно знаю, что мне звонит Эмми. Пальцем нажимаю, по привычке не глядя.
— Да, — сонно тяну я.
— Софи, ты еще спишь?
— Да, — вяло отвечаю я и тянусь за очками.
— Давай, поднимай свою задницу с постели. Так, есть новости — и хорошие, и плохие. С какой начинать?
— Все равно, — говорю я, нащупывая рукой очки. Я спать хочу, зачем она меня будит?
— Короче, такой скандал! Вся школа на ушах. Сегодня будет разнос всех старших без разбора, и всех вызвали на собрание. Нам тоже надо прийти. Но хорошая новость в том, что Дороти конкретно облажалась: она всем обещала, что на вечеринке будут Тео и Роб, и никто из них не пришел. А полиция была и переписала каждого. Теперь проблемы у всех — кроме нас с тобой.
Сонно слушаю Эмми, не понимаю половины из того, что она говорит. Надеваю очки, стараясь сфокусироваться, и мою руку обвивает другая — горячая. Сон уходит в моменте. Смотрю и вижу: это не подушка твердая и горячая. Это Тео. Это не сон был.
— Эмми, скинь мне время, когда надо быть. Я перезвоню.
Тео проснулся, лежит и поглаживает мою руку. Мое дыхание резко ускорилось.
— Стой! Поднимай свою задницу из постели скорее, — говорит Эмми, не собираясь заканчивать разговор.
Тео в этот момент кладет руку на мои ягодицы и гладит. Взгляд темный. Слишком темный.
— Ты понимаешь, что Дороти нам с тобой устроит? Она больше не звезда и будет нам мстить, так как мы с тобой в шоколаде, а ее звезда — в говне.
— Эмми, мне пора. За Дороти не волнуйся, еще раз рисом угощу, — отвечаю я и отключаю звонок.
Убираю телефон в сторону, поднимаюсь на руках, чтобы встать, но Тео резко хватает меня, переворачивает и ложится сверху.
— Соня, оставь свою сексуальную задницу в постели. Воля королевского двора.
— Тео, стой, ты не можешь здесь находиться.
Тео поднимает бровь, потом хмурится и абсолютно спокойно отвечает:
— Могу. Вот я.
А-а-а-а-а-а! Объяснить проще холодильнику, чем Тео. Непробиваемый человек. Конечно, он физически тут, но ему нельзя тут быть — это противоречит всем правилам приличия. Его односложные ответы меня в тупик заводят.
— Я не о том… Это неправильно, — начинаю я объяснять Тео свою позицию, но он меня перебивает:
— Правильно.
А-а-а-а-а-а! Да что ж это такое? Просто невозможно с ним! Это какое-то безумие. Проще объяснить коту, что от него хочешь, чем Тео. Кот нашкодил — ты тычешь его мордой, и он все понял без слов. Тео же я никуда не тыкала, да и речь он мою понимает. Другое дело, что он не согласен.
— Тео, вчера ты остался у меня, но сейчас тебе надо уйти. И это не должно повториться.
Тео шумно выдыхает, устало кладет голову мне на плечо.
— Соня, мы вчера обо всем договорились. Зачем начинать этот спор сначала? — шепчет мне на ухо хриплым голосом.
— Мы не договорились. Ты поставил меня перед фактом и все решил сам. Я ни на что не соглашалась. Я не стала возражать, потому что это просто… просто… бесполезно, — устало заканчиваю я, не найдя нужных слов.
— Ура! Моя Соня наконец-то поняла, что спорить бесполезно. Так что даже не начинай, — хрипло говорит Тео.
— Ваше высочество, вы слишком много на себя берете. Подумай о дворе, о протоколе…
— Довольно, Соня. Хватит. С каких пор ты живешь этим сраным протоколом и сраными правилами? Ты их ненавидишь. Не нужно играть по этим правилам — я в этой каше варюсь с рождения. Ты проиграешь, Соня.