Однако утро, как и всё остальное, невечно. Поэтому в один момент, лёжа на кровати в телефоне, бросив взгляд на время, она заметила, что пора уже было собираться в школу. И если до поступления в эту школу, она думала, что будет ждать начало каждого нового учебного дня в ней, то стоило ей поступить, как… всё не наоборот.
У неё всё ещё сохранился интерес к учёбе, к общению с другими школьниками и даже появился новый, неожиданный интерес в лице одного парня, к которому она сама пока что не понимает, — или же просто не хочет понимать, — что чувствует. Тем не менее, слова «школа» у неё с каждым днём всё сильнее ассоциируется со словом «опасность», ибо слишком уж многое на неё свалилось за эти семь учебных дней и слишком много тревоги она за них пережила.
Меж тем, она всё равно старается думать о каждом походе в школу в максимально, насколько это вообще возможно, положительном ключей. Ведь всякий учебный день постепенно приближает пятидневные выходные. И сегодня, раздумывая об этом, у неё было особенно хороший настрой — всё-таки до этих выходных осталось всего каких-то три учебных дня. А уже на выходных она сможет хорошенько отдохнуть, взять себя в руки и настроиться на новые свершения. К тому же, может быть, в этот раз она будет отдыхать не только с подругами, а ещё день-другой выделит и тому парню. И пускай, думая об этом, она во всю убеждала себя, что вспомнила о нём, конечно же, лишь из-за её «болезни», которую не подавить без него, однако сама же в этот момент ощущала, что лукавит и есть за этим что-то иное, вероятное — куда большее.
Именно об этом она размышляла, пока ехала на личном автомобиле и с личным водителем до школы. У неё, конечно же, есть ещё личные телохранители, что подчиняются лишь её и её отцу, однако с ними она никуда ездить не любит из-за того, что они всегда через чур сильно нарушают её личные границы. И понятное дело, что дальняя поездка — это уже другое дело, и там она так не вредничает, всегда беря с собой своих телохранителей. Но вот школа — это точно не тот случай. От особняка её рода до школы — всего-то какой-то час с лишнем пути. Да и её род сейчас ни с кем не враждует, а нападения от каких-то мелких сошек не страшно, ведь машина бронирована, а что куда важнее — её водителей так же, по совместительству, является главой её личных телохранителей, что взошёл на седьмую ступень. Так что она в полной безопасности.
По крайней мере, так она всё время думала.
Ввиду этого и сегодня она ехала полностью расслабленной, то думая о чём-то своём, то вовсе витая в облаках. Поэтому она и заметила странность лишь тогда, когда машина резко повернула вбок и её прибило к двери. Но далеко не это было самым важным в этот момент. Это было всего лишь последствием причины.
А что же до самой причины, то это… выпущенная в машину ракета из ракетницы сидящего на одном колене мужчины, облачённого в полностью чёрный костюм, что находится перед самым обыкновенным на вид, белым фургоном.
Благодаря нечеловеческой реакции, из-за сильно развитого Дара, водитель-телохранитель среагировал на это ещё до того, как была выпущена ракета. Тем не менее сделать ничего, будучи в машине, за рулём, он более не мог, кроме как хотя бы развернуть её, чтобы удар пришёлся не на нос машины. Это он в итоге и сделал, попутно активировав барьер и призвав часть доспехов.
Девушка же, сидящая за ним, так в этот момент ничего и не поняла. Меж тем всё равно успела среагировать, пускай и под самый конец, — за несколько секунд до попадания ракеты, — рефлекторно активировав барьер.
А уже в следующий момент по всей улице раздался оглушающий взрыв.
В эту же секунду на улице начался полный хаус — люди закричали, разбегаясь в разные стороны, машины загудели, быстро набирая огромную скорость и пытаясь уехать. А автомобиль, принявший ракету в переднюю часть левого бока, в то время резко оторвался передом от земли и следом за этим, переворачиваясь раз за разом, отлетал всё дальше назад, сметая всё то, чему не повезло оказаться на его пути в этот миг. Пока в один момент он, наконец, не остановилась на прогнутой собой крыше одной из машин, будучи перевёрнутым, со смятым левым передом и почти всеми выбитыми стёклами.
И несмотря на всё это, оба пассажира этой машины были не просто живы и находились в сознании, но и толком не получили никаких повреждения — лишь у девушки со стороны левого виска пошла небольшая струйка крови, стекающая по лицу; а мужчина же и вовсе был полностью цел. Что, впрочем, и нисколько неудивительно — даже прямое попадание большинства современных ракет во взошедшего на седьмой этаж толком ничем не увенчается, если тот, конечно, успеет активировать барьер с частью доспехов. А он, разумеется, в большинстве своём всегда успеет это сделать благодаря нечеловеческой реакции.
И нападающие это точно знали. А потому, эта ракета точно была нужна не для нанесения вреда или убийства тех, кто находился в машине. Она была нужна, чтобы остановить машину и находящиеся в ней уже никуда не могли деться. А значит цель нападающих — захват.
Телохранитель девушки пришёл к такому выводу, ещё когда только увидел человека с ракетницей. Исходя из этого он быстро пришёл к выводу, что вряд ли его хозяйки будет что-то угрожать, если она останется в машине. А потому, её нет смысла доставать из неё и пытаться унести. Будет куда лучше — сконцентрироваться на защите машины до приезда поддержки из рода или правоохранительных органов.
С этими мыслями он выбрался из машины, стоило ей только окончательно приземлиться на крыше другой машины.
Девушку же в этот момент полностью обуял страх — она кое-как, с большим трудом, уселась, тяжело дыша, дрожа всем телом и обнимая свою голову руками, пытаясь понять, что происходит, а главное — что ей сейчас делать? Всё её нутро вопило, что нужно что-то делать, нужно куда-то бежать и что если она не убежит с ней произойдёт что-то ужасное — что-то такое, что может навсегда сломать её.
Она боялась. Ужасно боялась.
И мысли об этом лишь с каждой секундой нарастали. В голове невольно появлялись картинки ужасного, предстоящего ей будущего. И от этого её только всё сильнее охватывала паника.
В какой-то момент она начала надеятся на лучшее: что её телохранитель победит в том сражении, мерзкие, пробирающие до мурашек звуки которого она слышит даже в машине; что за ней приедет кто-то из её рода; и в один какой-то неопределённый момент, сама того не заметив, она начала надеяться, что за ней придёт тот парень — что он вновь сотворит что-то невообразимое и как-то спасёт её.
Она надеялась на это всем сердцем. Она молилась, кому только могла.
И в один момент звуки борьбы затихли, а дверь машины, рядом с которой она находилась, открылась. Она медленно повернула голову в ту сторону и… громко завизжала, попытавшись отползти. Но это не помогло — её резко с невероятной силой схватили за предплечье и через силу достали из машины.
Глава 30
День начался удивительно хорошо: уровень токсинов в теле сошёл до безопасного значения, и теперь из-за этого можно не беспокоится — регенерация отлично справляется со всем, появляющимся от этого ущербом; к тому же, во время самого сна не было никаких других, ночных проблем, из-за которых я бы не смог нормально поспать, и в итоге хорошо выспаться и отдохнуть; а так же, на удивление, ко мне даже утром никто не явился, без моего ведома, словно у меня тут проходной двор, а не мой дом.
Короче, если подвести итог, ночь и утро удались — меня совершенно никто и ничто не побеспокоило, благодаря чему я, наконец, смог побыть немного в уединение и полностью расслабиться за чашечкой горячего кофе, сидя на диване перед телевизором. Под конец, кстати говоря, когда я уже выходил в школу, по нему неожиданно началось что-то более-менее интересное — шоу, которое я смотрел, резко прервалось, а вместо него в ход пошла новость о каком-то очередном нападении на аристократа прямо на проезжей части, когда тот ехал на машине.
Но так как такое происходит достаточно часто, а мне уже пора было выходить в школу и опаздывать было нельзя — особого интереса у меня это не вызвало и, выключив телевизор, я спокойно ушёл в школу. А вскоре, по пути в школу, пока я думал о планах в целом, — и в частности о планах на сегодня, — я вообще забыл об этом.
И так было до тех пор, покуда я не приблизился к школе, где случайно подслушал разговор двух идущих рядом со мной учениц:
— Ужас…
— Ага… не хотела бы я когда-то попасть в такую ситуацию…
— Будто бы хоть кто-то хотел… Только вот… от нас же это вообще нисколько не зависит. Как глава скажет — так и будет. И хорошо, если тебе хотя бы приличную охрану уделят.
— Ну у неё же была приличная охрана — и что толку?