— Мы все взвесили. Пожалуйста, оставьте нас с ним наедине, — попросил Глеб, подходя к кровати.
— Это против правил, — заволновался главврач.
— Ну почему же? — К нему, мило улыбаясь, шагнула Лина и заглянула в глаза. — Вы можете оставить нас здесь, вы получили такое предписание. К тому же у вас, дорогой Иван Станиславович, очень много дел. Вам нужно срочно идти в свой кабинет.
Врач чуть заметно вздрогнул.
— Простите, — пробормотал он. — Мне нужно срочно идти. Дела. Пожалуйста, оставайтесь здесь. Когда понадобится, позовите Танечку. Очень, очень рад знакомству…
Он повторил процедуру с рукопожатием и выскочил из кабинета.
В дверь снова заглянула медсестра.
— Вам что-нибудь нужно? — Теперь в ее тоне звучало гораздо большее уважение. Должно быть, главврач сказал ей о значимости гостей и велел выполнять все их распоряжения.
— Нет, ничего, — ответила Лина, — можете идти. Хотя нет, Танечка, а расскажите нам, пожалуйста, что вы знаете об этом пациенте?
Девушка завороженно шагнула через порог.
— Ничего, даже имени. Он получил серьезную рану и впал в глубокую кому. Его привезли на частной машине и отдавали распоряжения по Интернету. Однако я знаю, какая у нас оплата, поэтому сразу подумала, что этот парень важная птица… Но он совсем не жилец. Иван Станиславович сказал, что мы можем пока поддерживать в нем жизнь, чтобы не упустить прибыль, но сделать ничего не в силах… — Она замолчала, а потом испуганно зажала свой рот обеими руками. — Ой, что это я говорю?! Боже мой!
— Все в порядке, ты не сказала ничего лишнего, — Ангелина похлопала застывшую медсестру по плечу. — Можешь идти и забыть об этом разговоре. Ты просто заглянула к нам и спросила, не нужно ли помочь. Мы ответили отрицательно, и ты ушла, как и распорядился Иван Станиславович. Правильно?
— Да, — подтвердила девушка и, развернувшись четко, как солдат на плацу, быстро зацокала к двери и скрылась за ней.
Саша, которую к этому времени уже не держали ноги, медленно села на пол и уткнулась лицом в кровать.
— Не переживай, — Глеб обнял ее за плечи. — Я уже договорился. Мы отвезем Яна к тем, кто поможет вернуть его душу в тело. Он исцелится, эти врачи ничего не понимают. Сейчас мы его заберем…
— Однако молодой шаман слишком спешит! — послышался вдруг странный голос.
Александра подняла голову и увидела старичка, одетого в странные вышитые одежды из шкур. Она никогда не встречала его раньше, но сразу поняла, что это тот самый шаман, о котором рассказывал Глеб. Но почему она его видит?! Разве он не из тех призраков, которые являются только одному?.. Друзья смотрели на старика и, значит, тоже его видели.
— Моя вернул свой бубен! — гордо заявил старый шаман. — И теперь моя великий чукча!
— Чукча? — машинально переспросила Саша. — Вы же не чукча, я знаю, что на севере много национальностей…
— Умная! — перебил ее шаман. — А обычно все огненные люди зовут нас чукчами, думают, раз лицо широкое и плоское, и одежда меховая, значит, сразу и чукча! Вот и я говорю как белый человек! — Он увлекся и забыл об акценте и искажении слов, заговорив четко и понятно, но потом опомнился: — Моя за делом пришла! Долг, однако, требовать!
— Какой долг? — прищурившись, поинтересовалась Динка.
— А вот этот! — шаман ткнул в сторону лежащего Яна. — Молодой шаман обещал, вот я и пришел.
Саше показалось, будто пол закачался под ее ногами.
— Я… я не понимаю… — пробормотала она.
— Моя — великий шаман, у меня есть бубун, но нет тела. А вот хорошее тело, подходящее, однако. Такое не часто найдешь! Сильный буду шаман, хороший, духов буду камлать…
— Погоди, — вмешался Северин. — Ты что, претендуешь на Яна, старый гриб?!
— Моя не гриб, моя шаман. А будет новое тело, однако, будет молодой шаман, как он, — старик ткнул в Глеба, — только сильнее и лучше! Должок однако!
— Глеб, — Динка подошла к ним. — Ты что, отдал тело Яна этому… — она запнулась, не в силах подобрать подходящий эпитет.
Александра посмотрела на Глеба. Тот побелел, став почти таким же, как лежащий в беспамятстве Ян, и не выдержал устремленного на него взгляда, отвел глаза.
— Я не отдавал… Я не знал… Я виноват… — пробормотал он.