Глеб пропустил мимо ушей жалостливые шаманьи вопли, зная, что тот устраивает очередной, столь милый его сердцу спектакль. Правда, старые кости можно было вообще не приплетать — шаман давно уже пребывал в бестелесном состоянии, а кости его по-прежнему лежали в мерзлой земле кургана далеко на севере.
— Ты закончил? — спросил он, когда старик перестал хныкать. — Можем переходить к делу?
Старик снова затряс головой, будто собирался зарыдать с новой силой, а потом покосился на Глеба и передумал.
— Молодой шаман хочет знать, где сильные вещи лежат? — спросил он уже без малейшей слезливости в голосе, а по-деловому, с интонациями прожженного дельца Нью-Йоркской биржи. — Что же, старый чукча поможет. Если только ему молодой шаман услугу окажет. Маленькую такую услугочку! — Старик поднял костлявую руку и показал двумя пальцами размер этой услуги, действительно просто крохотной.
Уже повод насторожиться.
— Конечно, окажу, — Глеб вступил в торг, хотя и не очень верил, что обойдет ушлого и хитрющего, как стреляная лиса, старика, — вот достанем твой бубен и тебе отдадим. Хотя, будем честны, это не маленькая услуга, а вполне даже большая. Значительная услуга.
— Ах, бубен! — Старик пожевал беззубым запавшим ртом. — Ну это молодой шаман сказал, что бубен и так возьмет. Как он там сказал: заодно?.. Слово-то какое мудреное! Умный молодой шаман, ой умный! Столько слов мудреных знает!
В это мгновение Глеб почему-то почувствовал себя младенцем, которого безбожно обманывают, и сущим дураком.
— Что ты еще хочешь? — устало спросил он.
— Мелочь, услугу одну крохотную. А старый чукча тебе за это все-все расскажет.
— И какую же услугу?
— Ты узнаешь об этом потом… — Шаман не смотрел на Глеба, и это настораживало еще больше.
— Нет. — Глеб медленно обошел его и двинулся к двери, ведущей к выходу. — Я вслепую не играю.
— Как молодой шаман хочет.
Глеб вышел на площадку. Его никто не остановил, словно старику уже все равно — вернет он бубен или нет.
Черт! Черт! Черт! Глеб едва удержался от того, чтобы не врезать кулаком в стену. Он проиграл, но какие теперь варианты действия? Как без вздорного старого шамана узнать то, что им так необходимо?..
Глеб глубоко вдохнул, выдохнул и вернулся на лестницу между этажами. Шаман, конечно, никуда не делся — все так же сидел на ступеньках, прикрыв глаза, отрешенный и спокойный.
— Ну хорошо, — сказал Глеб, — я соглашусь, но с некоторыми условиями. Во-первых, то, о чем ты попросишь, должно быть в моих силах.
— Какой смысл, однако, просить молодого шамана о том, что он не может сделать? Он ведь это и не сделает, — равнодушно, не открывая глаз, буркнул старик.
— Отлично, — Глеб остановился перед ним. — Во-вторых, это не должно нанести вред людям, в том числе из нашей группы.
— Молодой шаман думает, что старый чукча злой? Однако печаль!.. — Старик издал громкий вздох — такой печальный и естественный, что не сразу вспомнишь о том, что старый шаман вообще-то давным-давно не дышит. — Ну, если это всё, по рукам?
Старик хитро взглянул на парня и протянул руку.
Будь у Глеба возможность, он бы никогда, ни за какие сокровища мира не связался со старым торгашом.
— По рукам, — согласился он, дотрагиваясь до места, где находилась бесплотная рука шамана, и вместо ожидаемой пустоты почувствовал прикосновение чего-то упругого, колкого, как разряд электрического тока.
— В городе на воде, на косточках построенном, на острове, где великие малые спят — там и ищите, — быстро проговорил старик и пропал.
— Ну что? — спросила Ангелина, когда он вернулся в квартиру.
— Едем в Питер, — сухо ответил парень. Несмотря на то что указание шамана было ясным и легким для расшифровки, Глеба не оставляло чувство большой ошибки. Он узнал то, что требовалось, но не слишком ли высокой ценой?..
«Может, еще обойдется», — подумал Глеб, направляясь в комнату, но уже знал — нет, не обойдется. Никогда не обходится. Такие обещания не остаются безнаказанными.
Глава 8
Тень у обочины
Утром в комнату проник яркий солнечный свет, обещающий, что день выдастся погожим. Александра проснулась и поняла, что всю ночь так и проспала, прижимая к груди золотистого дракончика.