– А она когда-нибудь закончится? – спросила девушка едва слышно.
– Конечно! – странно, но Александра была абсолютно уверена в своих словах.
– Хорошо, – Динка вытерла щеку рукой и улыбнулась. – Пойдем, а то все мороженое без нас слопают.
Когда девушки вернулись к друзьям, Динка снова казалась беззаботной и даже не косилась в сторону Северина, которого Ангелина, словно напоказ, обихаживала и пыталась кормить мороженым и печеньем из своих рук, заявляя при этом, что демонстрирует смертельный номер дрессировки дикого волка. Северин, кстати, держался с ней напряженно, и Саша подумала: что бы там вампирша ни воображала, настоящей пары из них никогда не выйдет. Зато девушка перехватила несколько взглядов Северина в направлении Динки, и это тоже казалось весьма обнадеживающим. Иногда нужно обмануться и разувериться, чтобы понять собственные чувства. Разве можно понять их силу и глубину, если даже сравнить не с чем?!
Наконец было решено ехать домой.
Уже на выходе из парка Саша заметила, что друзья заволновались.
– За нами следят, – тихо сказал Глеб. – Вон тот полицейский.
– Вот и федеральный розыск! – фыркнула Динка. – Как вы думаете, он сам нас будет брать или доложит куда следует?
– Не доложит, – Ангелина сладко улыбнулась и направилась к человеку в форме.
Они издали наблюдали, как вампирша разговаривает с полицейским и тот, словно болванчик, кивает.
– Все в порядке, – сообщила Лина, возвращаясь к ним с самым довольным видом, – он действительно опознал вас по присланным ориентировкам, но я убедила его в ошибке.
– Вампиры вообще на редкость убедительны, – Ян посмотрел на нее с иронией.
– Что есть, то есть! А еще обаятельны, умны и талантливы! – отозвалась вампирша. – Так что, будем ждать следующего полицейского, чтобы оттачивать на нем мои способности, или все-таки поедем?..
Очутившись в своей комнате, Саша опустилась на кровать, чувствуя, как слипаются ресницы. То ли от обилия эмоций, то ли от свежего воздуха ее отчаянно клонило в сон.
– Спокойной ночи, – сказала она дракончику, целуя его в нос, и вдруг заметила, что из-под бантика выглядывает белый уголок бумаги. Девушка потянула за него и вытащила сложенную бумажную полоску.
Странно, Александра протаскала игрушку целый день, ни на миг не расставаясь с нею, а записку заметила только сейчас. Трясущимися пальцами, в предчувствии чего-то совершенно необычного, Саша развернула ее.
«Я тебя люблю», – было написано на бумаге. Без подписи – ее и не требовалось.
От избытка чувств из глаз дождем полились слезы, и Саша поспешно вытирала их – чтобы не намочили записку. Она и не подозревала о послании, но целый день чувствовала себя счастливой, наверняка именно благодаря ему, наверняка подсознательно ощущая если не его присутствие, то смысл начертанных на бумаге слов. Банальные слова, но как волнительно, когда они обращены к тебе! Разом забываешь об их банальности, и так и кажется, будто ты первый на всем свете услышал их. Самые простые, самые прекрасные вещи до безобразия банальны, но когда и кому это мешало?!
Нужно уезжать. Евгений Михайлович прекрасно знает, что они где-то в окрестностях Владимира, и наверняка готовит не одну засаду. Но как уедешь, если дело еще не завершено, более того, нет никаких зацепок.
Глеб перерыл уже все доступные материалы, и нигде не упоминался внебрачный сын Андрея Боголюбского. Единственное, что становилось ясно: он так и не получил отцовскую власть. Знать бы почему. Найти хотя бы кончик нити, чтобы постараться размотать клубок прошлого. О внебрачных детях в летописях не пишут. А жаль.
И Глеб принял решение. Взяв с собой только Ангелину, чтобы не подвергать напрасной опасности всю группу, он принялся объезжать исторические места, надеясь на свой дар, который уже не раз его выручал.
Передвигаясь по Владимирско-Суздальской земле уже на новой машине с новыми номерами, они добрались и до славного города, основанного самим Юрием Долгоруким и в честь его получившего имя Юрьев-Польский. Они остановились у главного городского собора, прошлись по улицам… Ничего.
– Едем дальше, – пожала плечами Лина.
Они уже уезжали, когда Глеба словно что-то кольнуло в сердце.
– Сверни-ка сюда, – кивнул он на мощенную бетонными плитами дорогу.
Ангелина покосилась на парня, но выполнила просьбу. Некоторое время они ехали по грунтовой дороге, грязной и труднопреодолимой по осеннему времени. Хорошо, что хрупкая вампирша любит большие мощные машины.
Они пересекли реку и выехали к полю, проехать по которому из-за глубокой колеи было не под силу даже внедорожнику.
– Ну? – спросила Лина. – И что дальше?
– Притормози, – попросил он и вышел из машины, вдохнув сырой осенний воздух с запахом земли и прелой травы.
Перед ними расстилалось поле, среди которого белели обшарпанные стены заброшенного храма.