– Я нашла нужную частоту излучения, в следующий раз будет легче! – сообщила не теряющая оптимизма Динка.
– Мне кажется, он больше не придет, – Ян сидел в кресле, полируя ногти с нарочито безразличным видом.
– Но почему? Откуда ты это взял? – Глеб уставился на него, словно надеясь увидеть самые потаенные мысли.
– Считайте это предчувствием. А оно у магов неплохо развито, – сообщил Ян, разглядывая приведенный в идеальный порядок мизинец.
– Хорошо, если так, потому что нам нужно что-то предпринимать по поводу артефактов, надоело уже торчать без дела… – покачал головой Глеб.
– А мне эта тварь понравилась! Вот бы законтролить ее и выпускать на врагов! Было бы здорово. Ян, Ян, а ты так можешь? – Динка от возбуждения подскочила на месте.
– Как? Выпускать когти, удлинять собственные руки и ходить через стенку? – он сделал вид, будто не понял.
– Ну, Ян! – Динка потянулась со своего кресла и не больно стукнула его кулачком по спине. – Почему ты такой вредный?!
– Я очень полезный, – объявил он.
– Мы заметили, – ехидно подала голос Ангелина. – Хотя, возможно, очень питательный… – она показательно облизнулась.
– Отравишься! – маг принялся за обработку следующего ногтя. – И, заметим, кто-то вообще сидел в партере вместо того, чтобы помочь. Тогда, возможно, тень и не сбежала бы.
– Если, как говорит Ян, эта тварь больше к нам не сунется, даже лучше, что она ушла, – сказал Северин серьезно. Он, кстати, уже оправился после полученных травм – не зря говорят «заживает, как на собаке». Рука еще была зафиксирована при помощи обычной повязки, но совсем его не беспокоила. – По мне, чем она дальше – тем лучше.
– В целом, согласен. Только прошу всех быть очень осторожными, – подвел итог Глеб. – Саша, а ты что думаешь? Почему молчишь?
Александра сидела в углу комнаты, подальше от света, и ни разу за все время обсуждения не проронила ни единого слова. Иногда Ян ловил на себе ее взгляды, но стоило ответить на них, и девушка отводила глаза и замыкалась, как улитка в раковине.
Она не подошла к нему и не сказала ни единого слова с момента сражения с тенью.
– Я считаю, сейчас нужно идти спать, – заявила Саша серьезно, но Ян мог бы поручиться, что это лишь увертка – девушка выглядела какой угодно, только не сонной.
– Ты права, – согласился Глеб. – Завтра будет новый день.
– А я, может, не хочу спать! – объявила Динка, подавляя невольный зевок. – И вообще в школе заставляли придерживаться распорядка, я думала, что теперь, когда мы получили свободу, можно делать то, что нравится…
– Кстати, хорошо, что напомнила, – Глеб повернулся к Ангелине: – Дине надо учиться, она еще не до конца освоила школьную программу по гуманитарной части. Твой… ммм… отец способен помочь с этим?
– Мой Отец способен на все, – ответила та, выделив слово «отец», словно произносила его с большой буквы. – После того, как мы уладим это дельце с артефактами, он поможет вам вернуться к нормальной жизни. Но, конечно, не в столице и не в Питере.
– Фи! Очень надо! – Динка скорчила рожу. – Но, Глеб, от тебя я такого не ожидала! Попытаться спихнуть меня в школу! Это просто нож в спину!
– И в школу, и в институт, – сурово сказал Глеб. – А сейчас – спать! Если честно, меня сегодня так головой приложили, что до сих пор мозги на место не вернулись.
Ян хотел было заметить, что их там никогда и не было, но дипломатично промолчал, вспомнив, что лучше ему сейчас вообще не высовываться. Если часть команды и поверила в его слова, то в глазах Ангелины читалось явное сомнение, а Саша так и вовсе, похоже, видела больше, чем предполагалось…
Они стали расходиться по комнатам. Александра задержалась и посмотрела на него так, словно ждала, что сейчас он подойдет и разрешит все ее сомнения, но Ян не был готов к разговору. Он просто не мог говорить о том, что произошло. Только не сейчас! Позже. Когда ему удастся взять себя в руки. А потому маг сделал вид, будто вовсе не заметил ее маневров, и поспешно скрылся за дверью своей комнаты. Беспокоить его Александра не стала.
В эту ночь Ян так и не мог заснуть, без конца ворочаясь на кровати и глядя в серый сумрак комнаты.
Ход сегодняшних событий абсолютно вывел его из равновесия, и ему без конца мерещилось то сосредоточенное лицо Учителя, то испачканная в крови тапка, то громадная тень. Место, где лапа тени коснулась его тела, жгло огнем, и Ян изо всех сил сдерживался, чтобы не застонать от боли.
Да, он отпустил своего врага, но ведь поступить иначе было невозможно! Только не после того, как маг его узнал…
– Этого не может быть! – бормотал Ян, стискивая зубами край подушки. – Этого никак не может быть. Мне померещилось. Это обман зрения.
И все же в глубине души он понимал, что не обманулся. В тот миг, подойдя к тени, пойманной в ловушку, Ян узнал его не с помощью глаз – узнавание пришло на более глубоком уровне, и маг чувствовал, что оно истинное, обмануться здесь невозможно.
Утром, взглянув на себя в зеркало, он даже с некоторым изумлением убедился, что ничего не изменилось и выглядит он совершенно обычно, может, только бледноват, но вряд ли кто-то обратит на это внимание, ведь у него от природы бледная кожа – почти такая же, как у Ангелины.