— Викуся, — всхлипывание, — ну как такое случилось? Я звонила в больницу. Это же ужас! Ужас…
Конец фразы тонет в надрывном рыдании.
— Нина Михайловна, не убивайтесь. Уверена, с вашим… — «Глебом» хочу сказать я, но бросаю взгляд на притихшего на заднем сиденье малыша и прикусываю язык. Мальчишку пугать не стоит, вдруг поймёт, о чем речь. — Уверена, всё будет хорошо. Таких, как он, ничего не берёт.
Не могу не съязвить. Но это помогает.
Свекровь волшебным образом прекращает рыдать и тут же взрывается упрёками, на эмоции у неё фитиль короткий:
— Как ты можешь так, бессердечная! Глеб столько для тебя сделал…
— Нина Михайловна, вы дома сейчас? — обрываю её причитания.
— Э… Да, а в чём, дело?
— Не уходите никуда, пожалуйста. У меня для вас сюрприз.
Не могу удержаться от ухмылки, представив вытаращенные глаза Нины. Пусть исправляет то, что натворил её ненаглядный сыночек-пирожочек. Заодно выпустит коллекцию «Гаврош» в синих тонах.
Надеюсь, она примет внука. Должна принять. Она же не бездушное чудовище, в конце-то концов!
Остановившись на светофоре оборачиваюсь к Саше и подмигиваю:
— Алекс и Хагги, у вас отличная команда! — Он в ответ слабо улыбается. — Парни, вы только не бойтесь, бабушка сначала удивится, но потом вы обязательно подружитесь.
— Я ничего не боюсь, — серьезно отвечает он.
И вновь меня царапает по сердцу взгляд, в котором я вижу его… Одиночество.
Наверное, такой же взгляд был у меня. Двадцать лет назад.
Нина Михайловна, вытаращив глаза, смотрит на нас. Но это не удивление и не шок. Это что-то другое…
Страх!
Только хорошее воспитание не позволяет ей захлопнуть дверь перед нашим носом.
— Алекс, это твоя бабушка. Знакомься. — Чтобы поддержать мальчишку, кладу руки ему на плечи и чувствую, как они подрагивают.
— Викуся… — Нина Михайловна, нервно поправляет ворот блузки и делает движение шеей, будто ей душно. — Это шутка такая?
— Нина, это ваш внук. Его зовут Алекс и он ценит хорошее освещение.
Пока Нина хватает ртом воздух, наклоняюсь к уху мальчика.
— Алекс, тут куча выключателей. — шепчу ему тихонько. — Я, думаю, тебе и Хагги здесь понравится. — Иди пока, проверь, все ли лампочки горят, вдруг непорядок?. А мы с бабулей скоро подойдём.
Легонько подтолкнув Сашу в спину, наблюдаю, как он, озираясь, идет вперед по коридору.
Убедившись, что ребёнок не слышит, задаю ей единственный вопрос:
— Нина Михайловна, вы знали?
Она отводит глаза и на её побледневшем лице алыми пятнами проступает румянец.
8. Новая я
— Нина Михайловна, вы знали?