– Их величество девушек не обижает, он их только спасает, направо и налево, – подтвердил Магни, сокрушённо глядя на двери, за которыми скрылась Матильда. Ох уж эти Избранные! Один вред от них...
– Но вот одну не спас, – заявила Эдвина со стервозным выражением лица.
– Может, ещё спасёт, – Эдвин с надеждой взглянул на короля. – Отменит свадьбу. Ведь договор – ещё не брак. В тот раз пронесло, может, и сейчас пронесёт. Слишком её жалко. И твой советник расстроился…
– Но как она может выйти за сына лорда Данмора? – попытался рассуждать Гильденстерн. – Если только Фред бросит свою цыганку и прибежит к папаше за прощением и наследством.
– Я верю Уолтеру, но тогда… нам поможет только чудо, – вздохнул Гарольд, вспоминая упрямство и воинственность Данморов. Сказанное ему императором он предпочёл скрывать до последнего.
– Чудо? – Эдвина задумалась, потом решительно тряхнула золотыми кудряшками и заявила: – Чуда не будет, если хорошенько не попросить. Я иду молить Богиню о помощи.
– С бала на молитву? – удивился Уолтер.
– Должен же кто-то взять на себя грехи этого мира! – Эдвина приняла героическую позу.
– Я иду с тобой, – сказала Эдит и набросила на голову покрывало. Уолтер вздохнул – почему ему не верят?
– Хорошо, – произнёс он. – Я сяду в медитацию…
– Нет, ты пойдёшь с нами – каяться! – заявила Эдвина. – Мы попросим Богиню о чуде – чтобы ты наконец поумнел!
***
К несчастью, путь Говарда к свободе оказался узкой тропинкой вниз по склону. Шаг в сторону – и полетишь с вершины, и разобьёшься о камни. Говард, оказавшись впервые в этом месте, плохо ориентировался. В запале он бросился прочь из часовни и тут же уткнулся в мягкое пузо Ника.
– Стой! – раздался над ним строгий окрик.
В панике юноша отшатнулся, но тут же натолкнулся на Нила, который крепко обнял его со спины.
– Пустите! – закричал Говард, но даже самые отчаянные попытки вырваться не помогли – монахи крепко держали его.
– Ты куда собрался, братец Ади? – спросил Ник, снимая с пояса верёвку и спутывая руки юноши – Не спеши, малыш.
– Вы что... вы что задумали? – возмущался Говард.
– Ещё и кусаться пытается, – заворчал Нил и запихнул ему в рот кляп. – Какой беспокойный...
Уверенными движениями, словно они всю жизнь это делали, монахи связали юного Дамора, и Ник расправил свёрток, который оказался большим мешком.
– Эх, надо было сразу дать ему по башке, – сказал Ник, утирая пот. – Так что мне больше за то, что я не дал ему сбежать.
– Вот и всё, – сказал Нил безразлично, запихивая Говарда в мешок. – Тащи его в часовню. Оставим внутри, как и договаривались. Дальше господин Торкель пусть сам с ним возится.
И, взявшись вдвоём, монахи вволокли мешок с пленником в часовню и привалили к стене.
– Великая Богиня, взываем к твоему милосердию, – пробормотал Нил, отряхивая руки. – Смиренно вверяем тебе сего отрока, извини, если что не так... Лежи тихо, дурачок! – прибавил он громче.
Говард, задыхаясь, бился в мешке и не мог сдержать слезы гнева. Он слышал, как Ник угрожающе говорил:
– Если расскажешь кому-нибудь про нас – мы тебя из-под земли достанем!
– До свидания, братец Ади, – хихикнул Нил. – Может, ещё увидимся после свадьбы.
***
Девушки потащили Уолтера в фамильную часовню Реймдалей молиться. Гарольда и Эдгара отозвали по делам. Магни остался в растерянности. Что делать? Украсть невесту? Магни представил себе, как он скачет по ночному городу на своём боевом коне, из-под копыт летят искры, как он лезет по верёвке к ней в окно, раздвигает пышные кружевные занавески и видит Матильду...
- Вор! - в ушах раздаётся возмущённый женский визг, и ему в лоб прилетает туфля. Магни падает вниз.