Генеральская дочь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Еще раз сбежишь от меня… — выдохнул я прямо в ее губы, — я найду тебя, и твоя задница будет красной.

Она вскинула брови, усмехнулась, не отводя взгляда, будто ей нравилось, когда я вот такой, на грани.

— Если не станешь завтра другим… не тем, кем был тогда, в участке, холодным, закрытым… — сказала она, наклоняясь ближе, — то, клянусь, я не сбегу.

Я посмотрел в ее глаза. Они не играли. В них было ровно то, чего я всегда боялся: что она видит меня насквозь, глубже, чем я сам.

— Я уже никогда не стану другим, — выдохнул я.

Подвез ее к дому, как обычно — на автомате, руки на руле, глаза на дороге, но внутри все скручивалось в узел, будто из машины я выпускал не просто девчонку, а воздух, без которого уже не мог дышать. Она уже потянулась к ручке, как я схватил ее, резко, в плечо, развернул к себе и снова припал к губам — будто последний раз, будто на прощание, будто впереди не ночь, а тюрьма или стрельба. Прижал к себе, вдохнул ее запах, не духи, не пудру, а настоящий — кожа, страх и смех. Целовал шею, мягкую, теплую, где пульс бьет близко к коже, и плечи, открытые, уязвимые, и она хохотала, пыталась увернуться, но не по-настоящему — как будто знала, что я не могу иначе, что мне надо, чтобы ее запах остался на мне, как шрам.

— Папа может увидеть, — выдохнула она со смехом, и все равно не отодвинулась.

Я еще раз ткнулся губами в шею, с хрипом, с тоской, которую не выкинуть, и отпустил. Неохотно. Медленно. Она вышла, будто скользнула из моей жизни в ночь. Платье развевалось, как в кино, волосы поймал ветер, под подъездом она обернулась, глянула, будто в последний раз — и послала мне воздушный поцелуй, легкий, играющий, как будто не понимала, как сильно он может ударить по броне. Я рассмеялся, коротко, хрипло, как идиот, как школьник, как тот, кем уже не был лет двадцать. Изобразил, как ловлю поцелуй, прижал ладонь к груди, к сердцу, что билось под рубашкой слишком быстро, как будто хотело выскочить — к ней, за ней, в ночь. Черт, что эта чертова блондинка делает со мной… с Шуркой, который не верит ни в любовь, ни в нежность, ни в добро. Делает послушным. Смешным. Почти живым.

Следующий день, и я захожу в участок, как будто мне на счет только что упал миллион — не по-настоящему, а по ощущениям. На губах зудит вчерашний поцелуй, в пальцах еще пульсирует ее дыхание, в груди — не сердце, а глухой барабан, который бьет ритм под кожу. Вот это и называют: влюбился, идиот. Шел по коридору и не прятал ухмылку, не скрывал того, как мне вдруг стало плевать на все: отчеты, смены, графики, злые морды с утра. А потом встал командир — как из-под земли, хмурый, в форме, будто из себя бронзовую статую вылил.

— Доброе утро, — сказал он и смотрел, как будто я ему сны испортил.

Я прищурился, пожал руку — по-деловому, но без души.

— Доброе.

— Тебя вызывают к генералу.

И внутри, сука, все вспыхнуло, как от зажигалки в бензобаке. Опять.

— Уже второй раз за неделю, Саш. Не нравится мне это, — добавил он, как отец, который знает, что сын опять вляпался, но делает вид, что еще верит.

— А кому нравится, — бросил я и пошел в кабинет.

Был готов ко всему — увольнение, выговор, нотация, даже морду набить — все шло. Постучал.

— Входи, — прозвучало сдержанно, и я вошел, сел напротив, спина прямая, взгляд ровный. — Я думал, ты умный пацан, — начал он, смотрел без гнева, но с таким холодом, будто во мне был лед, который он давно решил растопить кулаками. — А ты думал, что я идиот, у которого окна не выходят на парковку, — сказал он.

Глаза не отвел. Блядство, у него что, своей жизни нет? Нахера он следит за каждым шагом Алины?

— Мне писать по собственному? — устало спросил я, как будто заранее махнул рукой. Он вскинул бровь.

— Я не увольняю тебя.

Ого. Это неожиданно.

— Но ты отстранен на неделю. Может, за это время подумаешь и поймешь, что теряешь хорошее место в нашем коллективе.

Я хмыкнул, усмехнулся, покачал головой.

— Вам настолько не нравится тот факт, что ваша дочь счастлива?

Он замер. Молча. Ненадолго.

— Мне не нравится, что она связалась с тобой. Я знаю твое прошлое. Знаю, с кем ты общался. Знал твоего отца. И все это мне не нравится.

— Тогда почему я еще здесь?

— Потому что тебе дали шанс стать другим.

— Как видите, я этим шансом пользуюсь. И все же никак не могу понять, что вас не устраивает.