На эфирных волнах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В последние дни Дордо проявляет заметное нетерпение. Когда наш корабль заходил на посадку, он увидел, или ему показалось, что он увидел, группу рукотворных построек, рядом с линией, обозначающей канал. Естественно, он хочет провести археологические исследования. Но капитан непреклонен: пока не достроим дом и не приведём в действие установку для выработки кислорода, — никаких исследований.

Эти стервятники всё ещё кружат над нами днём, когда светит солнце. Целая стая — не меньше дюжины. Этвеллу это не по душе.

«Гиллуэй, — сказал он мне однажды, — падальщики вроде них не держатся в местах, где нет добычи для хищников покрупнее. Вот только интересно — какие здесь, на Марсе, могут быть хищники?»

Ну, пока мы этого не знаем. Только иногда у меня возникают предчувствия, и кружащие над нами стервятники не помогают их развеять.

Пятьдесят восьмой день.

Суинертон выздоровел, но капитан приказал ему оставаться на корабле. Он часами наблюдал за стервятниками в бинокль и сказал нам, когда мы вернулись, что эти существа больше похожи на насекомых, чем на птиц. Этвелл подтвердил его слова: крылья у них перепончатые, хотя тела покрыты перьями. Суинертон заявил, что их клюв на самом деле представляет собой пару мандибул, похожих на жвала муравья-солдата. Всё это делает марсианскую фауну, насколько мы можем судить на данный момент, любопытной смесью млекопитающих и насекомых с преобладанием черт последних.

Стены дома теперь достигают высоты груди. Круишэнк, немного разбирающийся в архитектуре, спроектировал систему опор для крыши. Это будут глиняные колонны, установленные в стратегически важных местах, чтобы предотвратить обрушение.

Качество воздуха в корабле стало труднее регулировать после того, как мы сняли автоматический насос. Примерно раз в час кому-то из нас приходится открывать кислородный баллон и выравнивать давление. Преобразователи углекислого газа, не будучи стопроцентно эффективными, постоянно снижают давление. Впрочем, серьёзных неудобств это пока не доставляет.

Пятьдесят девятый день.

Сегодня капитан Этвелл приказал остановить работы в полдень и посвятить остаток дня отдыху. Большинство из нас устали и изрядно замёрзли, так что мы с удовольствием провели несколько часов за разговорами и отдыхом. Благодарим за специальную радиопрограмму, посвящённую нашей экспедиции — это, признаться, очень подняло настроение.

Мы установили два селеновых элемента прямо у шлюза — одного уже не хватает для подзарядки аккумуляторов. После завершения строительства Аладо планирует разместить зеркало солнечной батареи на крыше дома, что обеспечит нас достаточным количеством энергии для отопительной системы. Пока же нам хватает более простых и надёжных селеновых элементов — особенно при этом постоянном марсианском солнце. С момента посадки мы не видели ни облачка. Несомненно, чтобы найти их, нам пришлось бы отправиться к полюсам.

Водоем, используемый нами как источник воды, очевидно, является остатком некогда гораздо более глубокого и обширного озера. С течением времени вода в нем испарялась, он становился всё мельче и мельче, пока в настоящее время она не стала настолько солёной, что едва способна поддерживать жизнь нескольких акров пустынного кустарника.

Сегодня мы отпраздновали День Перемирия, обратившись лицом к марсианскому востоку. Земные обычаи по-прежнему сильны у нас, хоть мы и находимся более чем в сорока миллионах миль оттуда.

Ваше сегодняшнее сообщение с Земли поступило с сильными помехами. Если в нём было что-то важное — просьба повторить.

И последнее на сегодня. На закате Дордо увидел три фигуры, неподвижно стоявшие в сотнях футов от кормовой части корабля. Он бросился внутрь и рассказал об этом Этвеллу, подчеркнув, что то, как они стояли и наблюдали, указывает на наличие у них определённого уровня разумности.

Мы выбежали наружу и лишь мельком увидели, как три фигуры стремительно скрываются вдалеке. За кораблём тянется равнина, а дальше, в нескольких милях, поднимаются низкие холмы. Что лежит за ними — мы не знаем. И по хмурому выражению лица капитана я бы сказал, что он обеспокоен. Мы находимся в чуждом, новом мире. Мы не знаем, какие неизвестные существа могут скрываться вокруг нас и насколько они могут быть опасны.

Шестидесятый день.

Работа над домом идёт полным ходом. Завтра он будет готов, и мы немедленно приступим к монтажу кислородной установки. Когда всё это завершится, начнётся главное — исследование тайн Красной Планеты.

Дордо не терпится уйти подальше от этого безжизненного края и отправиться на поиски следов исчезнувших цивилизаций! Суинертон мечтает приступить к тщательному изучению местной фауны и флоры. Маркерс рвётся установить большой телескоп снаружи, чтобы не ограничиваться узкими иллюминаторами корабля. Да и остальные — все мы, десять человек, — горим желанием заняться каталогизацией марсианских явлений. Сам капитан Этвелл мечтает совершить вылазку к ближайшему каналу и посмотреть, как он выглядит.

Сегодня вечером, в свете Фобоса, мы снова заметили группу загадочных существ из южных земель, в полумиле от нас. Эти приземистые существа, в поведении которых заметны признаки разума, стоят неподвижно и пристально глядят на нас, пока не понимают, что их заметили, и тогда бросаются прочь. Их дёрганный бег показался мне смутно знакомым, и когда Суинертон, сновавший туда-сюда за биноклем, объявил, что они похожи на огромных муравьёв, я понял, что он прав. Но насекомые, ростом в половину роса человека! Они выглядят зловеще.

Шестьдесят первый день.

У нас случилась серьёзная беда, и наше будущее теперь под вопросом. Сегодня после полудня, когда я был один на корабле, я услышал крики снаружи. Я выглянул в иллюминатор. Все, что я успел заметить, это что Прусетт сражается с несколькими ужасными существами, чьи мощные челюсти злобно рвут его тело. Я схватил винтовку и выбежал наружу — остальные уже вели бой, стреляя по густой массе нападавших тварей. Наши пули решили исход схватки, и нападавшие обратились в бегство.

Мы подобрали Прусетта, истекающего кровью и без сознания, с ужасными порезами на ногах. Он скончался два часа спустя.

Потрясённые и убитые горем, мы собрались обсудить произошедшее. Без сомнения, напавшие были сородичами тех самых насекомоподобных существ, что уже несколько ночей наблюдали за нами издалека. Теперь мы увидели их вблизи: это были муравьи, ростом почти в метр, гигантские насекомые, свирепые как тигры — но, пожалуй, опаснее любого хищника Земли, потому как обладали чудовищной силой и челюстями, способными перекусить сталь. Со страхом мы задались вопросом: не водятся ли они здесь в таких же несметных количествах, как и муравьи на Земле.

Несмотря на страх и потерю товарища, мы продолжили работу, выставив двух человек в постоянный дозор, чтобы вовремя заметить новое нападение.

Мы закончили строительство глиняного дома и смонтировали кислородную установку. В доме есть несколько окон и один дверной проем с двойным шлюзом. Мы перенесли наши постели и запасы продовольствия с корабля и разместились в просторном доме. Отопительная система корабля была демонтирована целиком и, после установки в доме, подключена к двум селеновым элементам на крыше. Мы трудились до глубокой ночи.

Всего час назад при лунном свете мы похоронили Прусетта.

Шестьдесят третий день.

Говорит Гиллуэй. Я пропустил один день, потому что прошлой ночью небольшая неисправность в эфирном демпфирующем устройстве помешала передаче. Есть многое, о чём нужно рассказать. Вчера Суинертон примчался с южного поста нашего лагеря. Насекомые приближались! Было раннее утро, и мы были заняты заправкой кислородных баллонов. Капитан Этвелл приказал всем немедленно укрыться в доме. Затем он сам выглянул наружу, чтобы оценить приближающегося врага. Когда он вернулся, лицо его было мрачным. Они шли организованным строем, ровными рядами — целыми полками.

Мы наблюдали из окон за их приближением. Сломав строй, они начали метаться вокруг, щёлкая жвалами и выискивая нас. Наконец, словно по приказу неведомого командира, они двинулись на дом и попытались разрушить его. Группа за группой, коротко разбежавшись, они бросались своими покрытыми твердым панцирем телами на стены. Выяснив, что это бесполезно, существа, казалось, отлично понимая, что мы внутри, принялись глодать стены своими острыми челюстями.