Подводная война кригсмарине. Боевые операции, экипажи и командиры. 1939–1945: читать начало книги онлайн

торпедировано: 2 судна водоизмещением 8650 БРТ.

= – торпедировано.

Капитан 3-го ранга Гюнтер Прин

Его путь к Скапа-Флоу

Подводная лодка U-47 с 19 августа 1939 года находилась в открытом море. Вплоть до полудня 3 сентября германские подводники еще могли хранить надежду на то, что в поход их отправила ложная тревога командования, которое предусмотрительно хотело держать подводные лодки на маршрутах движения англичан. Но когда радист (и он же сигнальщик) субмарины ефрейтор Хензель доложил о чрезвычайном сообщении, переданном по германскому радио, и после услышанной Прином в центральном посту лодки маршевой музыки, все сомнения остались позади. Затем по судовой трансляции раздался голос диктора:

Гюнтеру Прину стало ясно – все сказанное означает войну с Англией. Он поднялся в рубку лодки, где стоял находящийся сейчас на вахте Энгельберт Эндрасс.

– Вот так, Энгельберт, – обратился Прин к вахтенному офицеру. – Такие вот дела. Тотчас же несем вахты по боевому расписанию и выставляем впередсмотрящих.

Спустя некоторое время пришла радиограмма от морского командования: «Немедленно начать военные действия против Англии!»

Тем самым все находящиеся в море подводные лодки и все другие военно-морские силы были брошены в бой.

На следующий день события развивались следующим образом. Был замечен пароход, медленно двигавшийся перпендикулярно курсу подводной лодки, который должен был пройти у нее по форштевню. Прин поднял перископ и, когда пароход приблизился на оптимальное расстояние, приказал продуть цистерны, всплыть и дать выстрел из палубного орудия по ходу двигавшегося парохода. Его капитан прекрасно понял это требование, тотчас же застопорил машины и лег в дрейф.

Почти сразу же после этого команда парохода стала спускать шлюпки и в спешке покидать свое судно.

– Подойдем поближе и допросим капитана! – принял решение Прин.

U-47 двинулась к судну и через несколько секунд уже была рядом со спасательными шлюпками, в которых сидели моряки. Прин в рупор потребовал капитана с судовыми документами. Судно оказалось нейтралом, который к тому же вез груз для Германии, так что могло продолжать свой путь.

– Но если бы вы передали по радио о вашем задержании, – задумчиво произнес Прин, обращаясь к капитану, – я бы счел это недружественным поступком и потопил бы ваше судно.

U-47 продолжила поиск и утром 5 сентября остановила пароход Bosnia. Он тотчас же передал по радио отчаянный призыв о помощи. По нему было сделано несколько выстрелов из палубного орудия, но, пока пароход останавливался, впередсмотрящий с правого борта доложил о приближении еще одного судна. Им оказался норвежский пароход, и Прин предложил ему принять на борт команду Bosnia, которая тем временем приблизилась к субмарине. Пока моряки перебирались на норвежское судно, Прин подвел подводную лодку метров на шестьсот к Bosnia и с этой дистанции выпустил в судно свою первую торпеду в этой войне. Длинное тело торпеды скользнуло в воду, и через несколько минут Bosnia с дифферентом на нос ушла в морскую пучину. Остановленный подлодкой 7 сентября Gartavon постигла такая же судьба. После требования остановиться он также подал сигнал SOS и лег в дрейф только после второго попадания снаряда из палубного орудия. Когда Прин наблюдал, как от остановившегося судна отходят шлюпки с командой, до него донесся предупреждающий возглас впередсмотрящего с левого борта. Повернувшись, капитан увидел, что Gartavon разворачивается и двигается к подлодке, словно намереваясь ее протаранить.

– Оба мотора полный! – отдал команду Прин.

Оба дизеля взревели, и подводная лодка двинулась вперед. Нос судна был уже очень близко. Его тень коснулась рубки субмарины. Однако она уже набрала ход, и штевень Gartavon рассек воду лишь метрах в десяти за ее кормой. Прин, сохраняя до конца свою невозмутимость, приказал потопить судно огнем орудия. Подводная лодка продолжила плавание. Гюнтер Прин надеялся все же найти конвой и расстрелять по нему весь свой боезапас, а не останавливать каждое встреченное одиночное судно и искать на нем воинские грузы.

Торговая война по правилам призовой охоты становилась для подводной лодки, как показал этот опыт, слишком опасным предприятием. Тем не менее он должен был действовать именно таким образом, поскольку это было определено Лондонским протоколом[35], который подписала также и Германия. Уже 6 сентября U-47 остановила пароход Rio Claro. Он также был потоплен, поскольку вез военные грузы для Англии. Следующее остановленное судно оказалось голландским, и его пришлось освободить. В этот день старший механик подводной лодки инженер-обер-лейтенант Вессельс доложил, что топлива остается очень мало. Выхода не было, и лодка должна была лечь на обратный курс. В Киль она вернулась в целости и сохранности, и экипаж отправился в заслуженный краткосрочный отпуск.

Пока подводная лодка снаряжалась для своего следующего боевого похода, начальник оперативного отдела штаба капитан 1-го ранга фон Фридебург 1 октября 1939 года прислал приглашение Прину на блокшив[36] Hamburg, на котором в перерыве между походами был расквартирован и Прин.

Он приглашал капитанов 3-го ранга Собе, Веллнера и Прина прибыть на блокшив Weichsel. Все три капитана прибыли к молу «Тирпиц» у моста Блюхера, где был поставлен на прикол блокшив командующего подводным флотом, Weichsel.

Один за другим все они по очереди были приглашены в кабинет командующего. Когда Прин последним вошел в кабинет, ему был задан вопрос – считает ли он возможным проникнуть на своей подводной лодке в Скапа-Флоу, основную базу английского военноморского флота, и атаковать стоящие там боевые корабли. На эту идею командующего подводным флотом натолкнул Веллнер, который на своей U-14 с 13 по 18 сентября действовал в этом районе и на своей небольшой субмарине через узкий проход проник в Скапа-Флоу. То, что произошло довольно случайно, могло быть повторено и совершенно определенно умелыми командирами. Прин попросил на раздумье время до вторника, чтобы хорошо все просчитать. Со всеми необходимыми материалами он вернулся обратно на Hamburg и приступил к проработке вопроса. На следующий день он прибыл к начальнику штаба капитану 1-го ранга фон Фридебургу и спросил того, когда он сможет доложить свой ответ командующему.

Уже в 14:00 командир подводной лодки предстал перед командующим подводным флотом. Дёниц поднял на Прина вопрошающий взгляд.

– Да или нет, Прин? – спросил он.

– Так точно, господин капитан! – прозвучало в ответ.

8 октября U-47 отправилась в свой второй боевой поход. Пройдя по каналу кайзера Вильгельма[37], подводная лодка вышла в Северное море. Южнее острова Гельголанд было предпринято пробное погружение, и 9 октября U-47, минуя остров Боркум, двинулась к Доггер-банке. Всякий раз, когда на горизонте показывался корабль, Прин командовал погружение. С наступлением вечера субмарина всплывала и продолжала путь полным ходом.

К вечеру 12 октября подводная лодка подошла к Оркнейским островам. Здесь Прин и поведал своему первому помощнику о цели этого боевого похода.

– Держитесь крепче, Эндрасс! Нам предстоит проникнуть прямо в Скапа-Флоу!

– Так точно, герр командир! – только и ответил на это первый помощник.

Когда в 3:30 следующего утра показались Оркнейские острова, Прин отдал приказ погрузиться и лечь на дно. Инженер-обер-лейтенант Вессельс опустил подводную лодку на грунт, а командир распорядился команде собраться в носовом отсеке. Когда команда собралась, Прин протиснулся между своими подчиненными. На него были устремлены взгляды всех этих молодых людей.

– Следующей ночью мы должны войти в Скапа-Флоу. Теперь самое главное – соблюдать полнейшую тишину. В 16:00 обед. Все освещение, кроме самого необходимого, выключить. В ходе операции соблюдать полнейшую тишину. Приказы не репетовать. А теперь – разойтись по своим постам!

В 19:15 командир отдал приказ подвсплыть на перископную глубину.

[35] Возможно, имеется в виду Лондонский морской договор (1936), ограничивавший, в частности, действия подводных лодок против гражданских судов.

[36] Блокшив (мор.) – старое, обычно несамоходное судно, лишенное механизмов и оборудования, используемое в качестве плавучего склада или жилья.

[37] Назывался так до 1948 года, ныне – Кильский канал.