Тропами святого Урала. Часть 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Шёл 1662 год. Новое Павшино, здесь жили Антюфеевы и здесь Демид работал кузнецом, располагалось в Алексинском уезде (совр. Дубенский р-н Тульской области), которое издавна славилось искусными металлургами-домниками и кузнецами, в двадцати верстах от Тулы, являвшееся вотчиной князей Волконских.

– Что тут заработаешь на подковах, да серпах! – кузнец в сердцах сплюнул в сторону.

Надо сказать, что сёл с названием Павшино в Алексинском уезде в то время было на его границе с Тульским два – Старое и Новое. И оба были вотчинами князей Волконских. В 17 веке они были невелики: в 1678 году, например, в Новом Павшине было всего одиннадцать крестьянских дворов. По данным 20–30-х годов в 18 веке (более ранние отсутствуют) эти села, плюс село Протасово, были заметными центрами крестьянской железоделательной промышленности.

В 1724 году в Новом Павшине было девять ручных доменных горнов и три железцовые кузницы, построенные на вотчинной земле, на средства крестьян. К 1736 году здесь было уже семь домниц от двух до трёх горнов в каждой. Еще одна крестьянская домница имелась в Старом Павшине. Там же находились ручные заводы жителей Тульской оружейной слободы, Абрама Баташева (в 1729 году одна домница с девятью горнами и две железцовые кузницы с двумя горнами) и Евдокима Белобородова (с 1733 года одна кузница с горном, работавшим на железе из Тулы).

По данным Алексинской таможенной книги 1735 года, закупленное тулянами у павшинских крестьян плашенное железо находило хороший сбыт и отправлялось в Тверь и Астрахань. Домниц в Новом Павшине было довольно много: одна по меньшей мере на два двора.

– Ну что, мальцы, поедем в Тулу? А? Это вам не деревня, это – Демид задумался, – это я вам скажу большая деревня, огороженная башнями для защиты от врагов и частоколом!

– Поедем батюшка! – враз закричали пацаны.

– И я так думаю, там родня наша в несколько семей уж уехали и зовут к себе, все металлом занимаются, чай не пропадём! А?

– Не пропадём, не пропадём, тятя!

– Точно, мои дорогие, едем на Кузнецкую слободу, там все по кузнечному делу, крепкие мужики. Своя слобода, свой устав кузнецкий!

2.2. Тульский край в 17–18 веках

Вид города Тулы от оружейного завода. Гравюра X. Пастухова (1801) по рисунку П. Болотова (1792)

Самым началом казённого ружейного дела в России считается 1585 год, когда тульские «самопальные» (изготовлявшие ружья) кузнецы были повелением царя Фёдора Иоанновича, сына Иоанна Грозного, освобождены от податей, земских повинностей и связаны обязательством изготавливать оружие по, говоря современным языком, государственному заказу.

Мощный толчок в развитии оружейного дела в Туле произошёл при царе Михаиле Федоровиче, когда на кузнецкой стороне Тулы своих мастеров – самопальников насчитывалось сорок восемь дворов, под управлением их старосты Еремея Баташева (предка известных дворян Баташевых, увековечивших свою фамилию маркой самого распространённого в Российской империи самовара). Монархом были привлечены крупные «иностранные инвестиции», что было, по сути, единственно верным решением в условиях разорения от недавних польской и шведской интервенций, внутренних смут и настроений.

Первым царём из династии Романовых «в 29 день февраля 1632 года» было даровано право голландскому купцу Виниусу, покупавшему в России хлеб, устроить железный завод в Тульском уезде. С тем, однако, «дабы впредь то железное дело было государю прочно и государевой казне прибыльно; а людей государевых ему, Виниусу, всякому железному делу научать, и никакия ремесла от них не скрывать».

Залежи железной руды в здешних местах были богатейшими, дело оказалось доходным, и Андреас Виниус вовлёк поучаствовать в нём «гамбургца Петра Марселиуса и одноземца купца Акему», которые в 1652 году, в царствование царя Алексея Михайловича, основали Саломыковский, Ведменский, Елкинский железные и Немцовский оружейный заводы, завезя на них 600 иностранных мастеров. Главным условием правительства вновь ставилось обучение тульских самопальников заварке стволов, шпажному и замочному делу. «Госзаказ» же тульской Кузнецкой слободе, где обитал на тот момент сто двадцать один самопальник, составлял двести сорок две пищали (ружья большого размера).

При Петре I, в начале 18 века, тульская Кузнецкая слобода доставляла в Москву ежегодно уже по восемь тысяч ружей, именуемых фузеями, пришедшими на смену пищалям. За каждую казна платила мастерам по двадцать два алтына и две деньги, то есть шестьдесят семь копеек серебром: дорого (эта сумма примерно равнялась годовому налогу на крестьянина), но всё равно дешевле, чем приходилось платить за импортное оружие плюс расходы на перевозку. Главным же было то, что тульское оружие было своё, находилось под рукой, европейские колебания рынка на него не влияли.

Царской грамотой 1595 года Кузнецкая слобода в Туле была обособлена от посада и приобрела статус «белой» слободы в посаде, то есть тульские оружейники были освобождены от податей и земских служб. Но эта «белая» слобода имела свои отличительные черты.

Во-первых, Кузнецкая «белая» слобода в Туле принадлежала государству, ибо тульские оружейники не были подотчётны местным властям, а находились практически на протяжении всего 17 столетия в ведении центральных органов власти и считались «государевой слободой».

Во-вторых, кроме того, что тульские оружейники были освобождены от всех государственных повинностей, они имели ещё ряд привилегий: судебный иммунитет, право варить «хмельное питьё», право первоочередной покупки угля и железа.

Да, первоначально их работа носила не постоянный характер, но затем количество оружия, подлежавшего изготовлению, постоянно увеличивалось, пока в 1665 году не было окончательно определено «вместо денежных оброков и всяких податей» делать двести сорок четыре пищали на своём железе. Затем количество оружия, которое необходимо было изготовить, постоянно росло. Вместе с увеличением нарядов росло и население тульской Кузнецкой слободы: в 1595 году здесь значилось тридцать самопальных кузнецов, по переписи 1641 года их было сто пятьдесят два человека, по переписи 1696 года – сто девяносто четыре человека, а в 1715 году оружейных мастеров с учениками было уже одна тысяча сто шестьдесят один человек.

Таким образом, сословная группа тульских оружейников ведёт своё начало с 1595 года, когда решением царя Фёдора Иоанновича кузнечных дел мастера были обособлены от остального посадского населения.

В конце 17 века в Туле и других городах возникают поселения казенных кузнецов. С 18 века Тульский край становится основной металлургической базой страны. В 1712 году в Туле был основан первый в России оружейный завод – крупнейшая мануфактура, выполнявшая государственные заказы на поставку оружия. Среди городских жителей – посадских, казенные оружейники были особым сословием – проживая в отдельной Оружейной слободе, они обладали исключительными привилегиями.

Еще в 17 веке казенные кузнецы добились освобождения от посадского тягла, принудительного постоя и выговорили себе право быть судимыми в «своем» приказе. Сохранив или отстояв эти привилегии в 18 веке, оружейники добились также освобождения от рекрутского набора, вместо которого им было разрешено поставлять учеников для обучения на заводе. По Положению о Тульском Оружейном заводе 1782 года оружейники получили разрешение изготовлять оружие и другие изделия у себя на дому на продажу. Все это делало положение тульских оружейников особым не только среди других городских жителей Тульской губернии, но «и совершенно уникальным» во всей оружейной промышленности России.

Много кузнецов прибывало в Тулу из окрестных деревень работать и на оружейном заводе, основанном в 1632 году голландцами братьями Винниус. Одним из условий деятельности этих иностранных концессионеров было обучение русских мастеров-оружейников. Одним из них и стал Демид Антюфеев, а его сын Никита унаследовал его ремесло.

2.3. Детство Никиты

Не первый год как Антюфеевы перебрались в Тулу, обзавелись в Кузнецкой слободе двором и домом. Никита с утра пропадал дни напролёт в кузне отца, смотрел как тот работает, постепенно постигая азы кузнечного мастерства, приобщаясь к таинству укрощения металла, придумывая различные конструкции для ускорения производства. По началу Никита работал молотобойцем.

Но больше всего его привлекало изготовление стрелкового оружия – самопалов или пищалей, в конце 17 века получивших красивое название – фузеи. Нравился горячий металл, раскалённый и холодный, нравилось, когда в умелых руках кузнеца он превращался из простой болванки в красивую вещь и особенно ему нравилось, когда, сверкая всеми металлическими частями, выходило оружие от фузеи до пушки.

– Что, уважаемые кузнецы, скажите? – Тихон, он же староста оружейников, посмотрел на собравшихся, его недавно общим собранием кузнецов избрали на год решать все вопросы товарищества Кузнецкой слободы.