Пять
Я рассказал маме про Эми.
Она дико за меня обрадовалась. Стала задавать кучу вопросов. Наверное, мои ответы ей нравились, потому что она просто стояла и улыбалась. А потом улыбка вдруг исчезла с ее лица.
– Только не наделай глупостей, Дэнни.
Я понял, к чему она клонит.
Когда мы с мамой переехали к Каллуму, прошло совсем немного времени с тех пор, как мы начали встречаться с Эми.
Мне было немного грустно уезжать из нашей старой квартирки. Жили мы почти как в холодильнике, но чем-то мне такая жизнь все-таки нравилась. Назад пути не было. Там теперь живет кто-то другой. Нужно двигаться вперед. Так все время говорила моя мама.
Я хотел повидаться с Эми в день нашего переезда, но мама сказала, что это еще успеется, а ей очень нужна моя помощь.
– Ладно, мам, – сказал я.
Не хотел ссориться.
Каллум взял в аренду фургон, чтобы перевозить наши вещи, но большая их часть до его дома даже не доехала. Закончила свои дни на свалке. Какой смысл брать всякую рухлядь в такой дом, как у него? Всего нам пришлось сделать пять ездок. К концу дня я падал с ног от усталости. Каллум сунул мне в карман десятку.
– Это тебе подарок в честь переезда, Генерал, – сказал он и потрепал меня по голове.
– Пасиб.
Потом мама пошла в магазин за продуктами.
– Хочешь, сходим в парк? – спросил Каллум.
– Ага.
Первым делом мы пошли и купили мне мяч.
В футбол Каллум играл отстойно. Не мог удержать мяч. Как будто впервые в жизни его видел.
– Ты за какую команду болеешь? – спросил я.
– Ни за какую.
Все с ним понятно.
Он сказал, что любит «Формулу-1». Я ответил, что не люблю. Дальше разговор особо не клеился.
Немного поиграв, Каллум никак не мог отдышаться и поэтому сел на скамейку и нырнул в смартфон. Я тренировался бить угловые.
Когда мы вернулись, мама убиралась на кухне.
– Ты распаковал свои коробки, Дэнни?
– Не-а.
– Я этого делать не буду, даже не надейся. С сегодняшнего дня я хочу, чтобы в твоей спальне были чистота и порядок. Мы живем в потрясающем доме. Давай будем его уважать.
– Я попозже.
– Нет, прямо сейчас.
Однако в тот день разозлилась не только мама. Тогда же я впервые увидел, как Каллум реально озверел, я не преувеличиваю. После того как последняя коробка была разобрана, он сказал: