Ефимыч ослабил хватку. Лицо его смягчилось. Он почесал попугая, и тот – Гриша глазам не поверил – чуть ли не замурчал.
– У меня дома две самочки живут, – сказал охранник. – Так же егозят, как этот. Что там у тебя за расследование?
…Остаться бы нам у этого карниза, послушать их разговор, восхититься тем, как живая природа объединяет и старых, и малых, но, увы, неумолимое течение событий влечёт нас дальше, прочь от особенностей разведения корелл в Нечерноземье. Рассказ наш несётся и бурлит, словно горная река в теснине ущелья, всё уже и уже скалистые берега, всё белее брызги пены в сыром воздухе, – и вот уже бешеный поток тащит вас, и кружит, и бьёт о драматургические камни так, что вы теряете сами себя и не можете сказать, кто вы и где. Аня вы Алтынова или посланник Министерства магии, расследующий убийство картонного Гарри Поттера в детской библиотеке номер тридцать три имени Амброза Бирса, расположенной в переулке Совиный Ручей.
Да и кто ж вам ответит? Вот сидите вы за столом, держите стаканчик с остывшим кофе, а напротив – нахальный Драко Малфой, и вам категорически запрещено использовать Круциатус. Поди, допроси такого!
Аня вся взмокла. И, разумеется, никто из четверых косплееров не признался – более того, они приняли допрос за очередное задание и азартно вошли в роль.
Девочка включила трансляцию на телефоне и положила его набок, чтобы Ева с Климом тоже могли полюбоваться на это представление.
Драко Малфой (в жизни – Антон) утверждал, что терпеть не мог Поттера и досталось ему поделом. Но лично он на него руку не поднимал и совершенно к этому злодейству не причастен. Ха-ха, вы взяли не того!
Полумна Лавгуд (девочка Лиза), не выходя из образа, поведала о том, что лицо картонного Гарри было отмечено печатью смерти и ему недолго оставалось. Однако она, Полумна, стояла от него дальше всех. Бедняжка Гарри, он был такой грустный!
Гарри Поттер (а в действительности – вы не поверите! – Игорь) заявил, что он и есть настоящий Гарри, а эта фигура – лишь его жалкая копия. И нападать на картонки – выше его достоинства, ведь он сразил самого Тёмного Лорда. Ещё один Северус Снейп мрачно сверкал темными глазами, картинно откидывал длинные чёрные волосы и презрительно цедил, что Поттер, как и его отец, доигрался, но лично он вреда ему не наносил. Профессора Снейпа звали Ангелиной, и Аня даже не рискнула спросить, почему она выбрала мужскую роль, – настолько облик Снейпа подходил девочке.
Они сняли отпечатки. Яна с трудом объяснила, что они прибегают к презренной магловской технике, потому что дело не терпит отлагательств и для этого даже вызвали личного поверенного Дамблдора – да-да, вот её, Аню. Аня тем временем умудрилась проверить и отпечатки обуви – самым примитивным образом, просто роняя ручку под стол и нагибаясь.
Но ни у одного из подозреваемых отпечатки не совпадали со следом, оставшимся на фигуре. Аня, грешным делом, и на Яну поглядела, но её миниатюрные белые кроссовки никак не могли оставить подобный след. Тут требовался кто-то покрупнее. В голове у девочки промелькнула тень мысли: у кого-то из присутствующих в библиотеке точно была такая лапища. Ещё немного – и она поймала бы её за хвост, но вопли Драко Малфоя сбили её с толку. Разумеется, все четверо отрицали, что брали книгу, вдохновенно отпирались и вертелись, как караси на сковородке.
Наконец допрос закончился.
До конца квеста оставалось чуть меньше часа.
Мрачный Пётр вместе с помощниками – Хагридом и уборщиком Аргусом Филчем – гоняли стайки косплееров по игровым заданиям, а измученная Яна по сотому разу обходила, как заведённая, зал, где уронили Поттера.
– Нет, она точно не брала книгу, – сказала Аня в микрофон. – На ней лица нет. Это агентство для неё – как ребёнок родной.
– И все остальные тоже, – задумалась Ева. Саму её видно не было. На экране клубился пар, из которого, будто речи древнегреческой прорицательницы, доносились слова.
– Братцы и сестрицы, надо что-то делать! – заволновалась Аня. – Времени почти не осталось, скоро приедет эта Анжела Вилоровна, и наступит конец света.
– Я кое-что накопал. На самом деле много всего накопал – я, считай, дело раскрыл, – сообщил Клим. Он переместился на второй этаж кровати и забился в угол, как древесный жук-хакер. Судя по всему, в лагере у него было весело – кто-то ломился в дверь и заунывно звал: «Клим, выходи!»
– Что там за вопли? – обеспокоилась Аня. Если его утащат из кадра, прежде чем он поделится тем, что раскрыл, то Аня этого не переживёт. Им всем хорошо, а она Яне в глаза смотреть боится.
– Не обращайте внимания, это вожатый, – отмахнулся Клим. – У нас футбол. Родители ж беспокоятся, что мы в гаджетах сидим всё время. А я обязательный час физры прогуливаю. Лучше слушайте!
И Клим развернул перед ними ковёр своего красноречия.
Всё верно – ивент-агентство «Головоломка» зарегистрировано на Яну, она его владелица. Нашёл Клим и их конкурентов – агентство «Мир приключений», а также информацию о тендере на проведение серии квестов. И здесь его ждал сюрприз: проверяя сотрудников «Головоломки», мальчик обнаружил, что помощник Яны Пётр работал раньше в «Мире приключений». Уволился он оттуда несколько месяцев назад, как раз после того, как «Головоломка» выиграла тендер.
– Только мне это кажется подозрительным? – уточнил Клим.
Аня с Евой согласились: нет, не только ему. «Но давай, не томи, пой дальше, Климушка, потому что время уже заканчивается».
– Но как он погасил свет? – спросила Аня. – Он же был в зале, где уронили фигуру.
Клим усмехнулся с таким высокомерным видом, как будто сама миссис Хадсон сейчас принесла ему чай. На серебряном подносе.
– Потому что он не выключал, – сообщил он. – Свет погасил кто-то из наших подозреваемых. Вы знаете, что они все в одной группе во «ВКонтакте» состоят? В сообществе косплееров?
– То есть они все связаны между собой, – подытожила Аня. – Это очень подозрительно.
– Нужен следственный эксперимент! – заявила Ева. – Собрать всех в зале и повторить события.
– Кстати, насчёт камеры, – продолжил Клим. – Гриша прислал скриншоты. На записи ничего не видно.