– Спектакли… – задумчиво повторил Васильков.
– Не все: я не из театра, – замотал головой Клим. – Я тут просто…
Дверь распахнулась, в гримёрку заглянула хмурая голова Агеева.
– Андрей, сними трубу с беззвучного, – сказал он. – Звоню, а ты не отвечаешь. Ты закончил тут?
– Да, прошу прощения, товарищ капитан. – Васильков засуетился, одёрнул форменную куртку, похлопал по карманам и вынул телефон. – Надо же, три пропущенных, а я и не заметил.
– Звук включи, – повторил Агеев. – Ты всё тут?
– Да, я закончил. А что с камерами?
– Глухо, – сказал капитан. – В магазине лица не рассмотреть, а на улице толпища была. Но я проверил камеры на соседних улицах: мужика этого не видно. Может, где-то здесь украденное скинул? Беда с этим фестивалем: кражи подскочили в три раза. Это же золотое дно для карманников. Разогнать бы тут всё и обыскать всех …
Он прищурился, как капибара, и с сожалением вздохнул.
– А может быть, вам внедрить на фестиваль своих агентов? – предложила Ева. – Под видом покупателей или актёров? Чтобы они ловили прямо на месте?
Васильков оживился.
Агеев изумился так, как будто к нему обратилась с разумным предложением театральная тумба.
– Вот ещё, – хмыкнул он. – Буду я сотрудников морозить.
– Товарищ капитан, а может, всё-таки попробуем? – спросил лейтенант. – У этих детей есть опыт.
– Чего? – Агеев перевёл взгляд на подчинённого. – Какой опыт, Андрюша? Я двадцать лет опер, ты о чём вообще говоришь?
Васильков протянул ему визитку агентства, Агеев изучил её и небрежно сунул обратно.
– Всё, пошли. Нечего время тратить на детвору. А вы лучше не играйте в детективов, а сразу сообщайте в полицию, если что случится.
Он вышел. Васильков затоптался в дверях, обернулся к ребятам.
– Не сдавайтесь, – сказала Ева. – Это может сработать. У вас получится!
Лейтенант кивнул, поправил ушанку и вышел.
– Ну и тип этот капитан, – сказал Клим.
– Да обычный он. – Ева потянулась, зевнула. – Как и все взрослые. Сначала нас учат в школе ничего не делать без указаний, а после вуза ждут, чтобы мы проявили инициативу. Ладно, раз все здесь собрались, давайте выясним, что мы узнали.
– Что шубу нам не найти, – сказал Клим. – А на дело с краской в костюмерке ты забила.
– Не забила, а понизила приоритет.
– Ничего себе понизила: у «Самоцветов» все спектакли сорвались.
– Я работаю над этим! – отрезала Ева.
– И как? Какао пьёшь?
Ева прожгла его взглядом.
– Думаю, надо внедриться в театр «Юные гении». Под видом детей, которые хотят к ним записаться.
– И каким образом? Евгений Вазгенович же здесь был, он знает вас в лицо. Он никогда не поверит, что вы решили перейти в его студию.