Шире развожу стройные ножки, прохожусь ребром ладони по трусикам между ними… м-м… мокро…
Ловлю губами Галкины стоны, пью её поцелуи, прокладываю дорожку по длинной шее и ныряю в спелые груди… м-м… вкусные, мягкие, деткам моим будет где разгуляться, с такими дойками мы и пятерых выкормим…
Сдёргиваю сарафан через голову… королева… в моих руках сама королева… пышная, нежная, глаза затуманены, жилка быстро бьётся у основания шеи…
— Паш, — хнычет, цепляясь за мои плечи. — Ну пожалуйста… не тяни…
Слегка присаживаюсь и прикусываю нижние губки, вызывая вопль.
— Я две недели об этом мечтал…
— Я тебя сейчас убью, если ты к делу не приступишь… или изнасилую…
— Сучка! — сдвигаю ножки и аккуратно снимаю красные труселя, снова наклоняюсь над девушкой, прикусываю нижнюю губку… — Сама напросилась!
Пряжка ремня поддаётся от одного нажатия, визг замка в полной тишине звучит так возбуждающе, что, когда мой член вылетает наружу, с него уже немного капает.
Приставляю головку к женской киске, слегка вожу бёдрами туда-сюда, желая продлить агонию…
— Да блин…, - сама поддаёт бёдрами и насаживается на него сама. — А призер… а-а… да… Паш… да…
Галка как о призиках заикнулась, так я в бой и рванул, таранил, долбился в неё… изнывая от возбуждения, а потом кончал, кончал и ловил губами и её стоны избавления…
Дыхалку перехватило, уткнулся лбом о её лоб, глаза в глаза, дыхание в дыхание…
— Прости, не смог до спальни дотерпеть…, - целую свою красавицу, всю такую разомлевшую… — Соскучился…
— Я хотела на тебя уже в машине запрыгнуть, — хихикает, пряча лицо на моей груди. — Ну всё, разогни меня уже, не девочка-то буквой зю любовью заниматься.
— Всё? Ага щазз, обхвати меня ногами и крепче держись! — подхватываю под задницу двумя руками, крепче к себе прижимаю, лицом зарываюсь в мягкие волосы… м-м… с ума от неё схожу… из головы не выходит… залезла под кожу и не вытравить уже ничем… а я и не хочу…
— Смотри не урони, тяжёлая я, — прячет лицо, целуя в шею, крепко обхватив руками.
— Своё я никогда не уроню, и не надейся! — блять, надо было хоть штаны снять, болтаются теперь где-то внизу, мешая идти, но ничего, дойдём, не дойдём, так допрыгаем! — И ничего ты не тяжёлая, как пёрышко!
— Паша, не ври ты, я уже на это не обижаюсь, — смеётся, а мне от её смеха ещё теплее в груди становится.
Кое как доковыляв до кровати, наклоняюсь и опускаю свою ношу…
— Галь, ну я же джентльмен и ты правда не тяжёлая, я тебя всю жизнь на руках носить буду!
— Ложись уже, ты же с дороги, отдохнуть тебе нужно, — похлопывает рядом с собой, приняв сексуальную позу.
— Какой отдохнуть, я только начал! Захотела, чтобы я уснул, когда рядом такая роскошь лежит! Сейчас отработаешь все две недели воздержания!
— Смотри, не жалуйся потом, что Галя с тебя все соки выжала, — вот жучка, подкалывает ещё.
До самого вечера кувыркались в кровати, любили друг друга, дремали, опять возбуждались…
— Давай суши закажем, — целую в носик. — Я же помню, что ты их очень любишь…
Галя сглотнула…
— Только не суши, терпеть их уже не могу… давай шашлыки?
— Шашлыки?
— Ага! С маринованным лучком и солёными огурчиками… м-м… слюнки потекли!