Раннее утро. Пью чай на кухне. Пирожкова рассказывает, как на выходных соседи ей помогли новые обои поклеить. В это время за такую помощь принято расплачиваться помощью и бутылкой вина с закуской, которое вместе и выпивали.
Катя со стенаньями и малоинтересными подробностями рассказывает про разрыв на работе со своим ухажёром. Пирожкова могла бы стать чемпионом страны по вызыванию жалости к себе…
Звоню режиссёру Апсолону. Нужны деньги для закупки «обменного фонда» при поездке за границу. Большой бизнес я этим не сделаю, но на карманные расходы в Хельсинки заработаю. Андрей рассказывает историю про фильм «Карнавальная ночь» с Гурченко. Министр кинематографии СССР Большаков, после разноса гнилых представителей интеллигенции Хрущёвым, не стал долго церемониться с фильмом в котором карикатурно показан советский чиновник. Короче, картину зарубили. Но, Апсолон отвёз «Карнавальную ночь» к знакомому киномеханику на дачу Хрущёва. Никита Сергеевич посмотрел комедию и разрешил прокат.
Хитрее еврея!
В раздел «Оценщик хитрости» добавлен один балл.
Утром из Горького приехал Колобков. Он был подавлен после смерти жены, ходил, как в воду опущенный. Сестра Колобка Фрося, напротив, была рада вырваться из провинции в столицу. Она в последнее время разжирела на хороших харчах и, посоветовавшись с Пирожковой, решила сесть на диету. https://vk.com/video-184563733_456240512
Еду к стадиону «Динамо». Там собирается футбольная олимпийская сборная, что поедет на встречу с партруководством в Кремль. Это зятёк Хрущёва из «Комсомолки» постарался: «Для простых людей важно прочитать и увидеть на фото, как партия заботится о советском спорте».
А простой народ разговаривает в транспорте:
— Народный контроль будут организовывать. Это значит вскорости всех торговых «жучков» переловят. Вот тогда и заживём, как люди…
— Вчера выпил первача, а потом полирнул «ершом». Хорошо, что туалет был рядом. Исполнил арию «Рыголетто»…
— В следующем году мою артель к заводу присоединят. Заводское начальство будет решать, что нам выпускать и сколько. Мой приятель уже уволился, да и я подумываю…
Две дамочки, косящие под партсветских дам, нюхают свои надушенные платочки:
— Почему мужчины летом так пахнут???
— Они не пахнут. Они воняют!
Встречаю у входа на стадион Серёгу Амосова. Он встретил в Москве давнюю соратницу по сексприключениям:
— Представляешь, у подруги свадьба через две недели, а мы с нею на её родительской даче всю ночь, как кролики. Матрас на полу раскатали и понеслось…
Качаю головой и спрашиваю:
— А как же Крапивина из Горького?
— А никак. Она бандитов ловит. Некогда ей такой ерундой заниматься…
Кремль. Нас построили в одном из залов. Фотокоры и телевизионщики встали напротив. Ждём. Появляется партийная процессия. Под вспышки фотоаппаратов и стрёкот камеры, Хрущёв и компания поглядели на нас. Поручкались с Гранаткиным и Масловым. Брежнев, как большой любитель спорта, пожелал нам успеха. Маслов, по бумажке, пообещал поддержать славу советского спорта и привести с Олимпиады медаль. Затем нас начали награждать за чемпионат Европы. Маслову повесили орден Трудового Красного Знамени и дали Заслуженного тренера СССР, а команде полагалось по «Знаку почёта».
Когда Хрущёв вручал мне награду, то посмотрел на меня пристально, вспомнил что-то и спросил с подначкой:
— Ну, что? Как иностранки? Сладкие на вкус?
— Это не важно, Никита Сергеевич. Советского человека буржуям не перековать, — отвечаю я, как учили в политшколе.
— Ну-ну. — хмыкнул новый партлидер и двинул дальше.
После награждения моё горьковское «Торпедо» садиться на суточный сбор на резервный стадион «Сталинец». Зайцева с помощью новой «психологини» Юлии провели тесты игроков на игровую готовность. Меня, как выздоравливающего, особо не терзали, а сразу записали в запас.
После отбоя случилось происшествие. Девушка-психолог решила принять душ ночью и, раздевшись, стала мыться. Мучающийся от жары Татушин тоже захотел ночью освежиться и тоже, раздевшись, пошёл в душевую, думая, что там плещется кто-то из партнёров. Врачиха Юля заорала, как потерпевшая, увидев голого парня и запустила в него кусок мыла. Попала прямо в глаз. Боря на утренней тренировке отсвечивал фингалом, а ребята, шутя, просили его следующей ночью потереть им спинку в душевой.
11 июля 1952 года. Москва.
Стадион имени Сталина. Финал Кубка СССР по футболу. Спартак(Москва) — Торпедо(Горький). Закончив предматчевую разминку, команда заходит в раздевалку. Яшин, вытерев пот со лба:
— Хорошо, что чемпионат страны будет в один круг и пройдёт в Москве. Можно будет хоть иногда с женой видится, а то до чертиков надоели эти сборы, разъезды.
Его беременная жена переехала из Горького в Москву и наш голкипер теперь частенько отпрашивался у Маслова «на побывку».