Оказывается, Таня недавно столкнулась с Никитой на улице, и упомянула тому, что они с Крис собираются на днях идти именно в этот клуб.
Совпадение?
Кристина уже так не думала.
Она бросила на Холодного очередной цепкий взгляд. Он — тоже. Усмехнулся своим мыслям, взглянув на подушку, которой она от него загородилась, и решил сесть напротив. Чтобы не смущать её своей близостью, и не спугнуть.
Он готов был голову дать на отсечение, что ни Тина, ни её подружка не согласятся присоединиться к их столику. Но Никитос… он же мёртвого из могилы поднимет, если понадобится!
И это настоящее чудо, что рыжая сейчас сидит за этим столом. По своей воле. Сама. Своими красивыми ножками сюда притопала. И никто её силком не тащил.
Хоть она и опасливо озирается, смотрит на него с подозрением и гневом… но она здесь. Выпитый алкоголь всему виной? Возможно.
— Выпьем? — Стас наполнил свой стакан и поднял его в воздух.
— Я с тобой чокаться не собираюсь, — выплюнула, и про себя порадовалась, что больше ей не приходится кричать. Здесь действительно было намного тише.
— Может, заключим мирный договор? Или хотя бы перемирие?
— Ты ненормальный? — Не сдержавшись, Кристина перегнулась через стол. — Что ты несёшь вообще? Какой мирный договор? Заключать с тобой договора — себя не уважать…
— Почему? — не сказать, что он был удивлён, но всё же где-то глубоко внутри что-то его кольнуло.
— Почему? — Её глаза округлились, — Ты серьёзно? Ты… — шевельнула ноздрями от злости, — ты домогался! Ты чуть не, — запнулась на секунду, — давай называть вещи своими именами? Ты чуть не изнасиловал меня! Ты сделал фото, где я голая и разослал их чуть ли не по всему универу! Ты украл мой кошелёк! И ты не собираешься его отдавать! И ведь ни за один из перечисленных поступков тебя не грызёт совесть!
Над ними повисло молчание.
Кусая губу, Стас неотрывно смотрел в зелёные глаза, наполненные праведным гневом. И никак не мог налюбоваться ими.
А после, мельком посмотрел на Ника и Татьяну и, убедившись в том, что эта парочка их не слышит, произнёс:
— Всё неправда. — Парень качнул головой и всё же протянул руку, ударяясь стаканом о её бокал. Отпил и уставился на изумлённую его ответом девушку.
— Что, прости? — поинтересовалась заторможенно.
Она из ума выжила? Ей это всё померещилось?
Кристина думала, что дно уже было. А нет…
— Первое: я не собирался тебя насиловать. И можешь мне не рассказывать, что ты не хотела сама, — отпил и поставил стакан на стол перед собой, — второе: твой кошелёк я не крал. Ты сама оставила его. И вместо того, чтобы поблагодарить меня за то, что я его подобрал — ты обвиняешь меня?
— Ты в своём уме?!
— И третье… — продолжил, не обращая внимание на её исказившееся от ярости лицо, — с чего ты вообще взяла, что это я твои фото распространил? Не думала, что кто-то мог воспользоваться моим телефоном? Или его могли украсть? Взломать, в конце концов?
Слов не было. Просто испарились, как и мысли о том, что она сможет достучаться до этого нелюдя.
Нет. Это бесполезно… что она себе там надумала?
Бред.
Горбатого могила исправит.
Просто держаться от него как можно дальше. Это единственное правильное решение, которое она может принять.
— Мне надоело, — проговорила после того, как с трудом пропихнула по горлу ком. Отпила из своего бокала несколько глотков. Облизала губы и сделала ещё пару или тройку. — Я домой. Хватит на сегодня… Боже! Да что я вообще тут забыла?! С тобой!
Кристина поднялась, чтобы уйти. Раскрыла рот, чтобы позвать Татьяну и позвать её вместе с собой, но… Тани нигде не было.