Конечно.
Он явится в универ. Единственное, что её смущало: будет ли их общение прежним? Не станет ли Артём делать вид, что они не знакомы? Будет ли как и прежде улыбаться ей? Будет ли её поддержкой?
Хотя… учитывая то, о чём он её попросил и с каким видом эта просьба была произнесена…
Нутро подсказывало, что всё будет иначе.
— Стас, — Кристина провела ладонью по столу, будто стряхивая с него крошки, — давай ты просто скажешь, что тебе от меня нужно, и я поеду домой? — Смотреть на него больше не решалась. Знала, что он сканирует её спину, и сил не было это выдержать. Ни сил, ни желания. Это… разрушало. Расщепляло её на мелкие частицы, которых потом не соберёшь. Молекулы.
Повисло молчание. Она вслушивалась в копошение за спиной. А он — в её дыхание.
Вдох… прерывистый. Будто ей что-то мешало. Выдох. Протяжный, но напряжённый до такой степени, что он сам переставал дышать. Запах… это были не духи. И даже не гель для душа и не молочко. Запах её тела повис над ним молочным облаком. И насытиться им было невозможно.
— Начнём с малого? — он не хотел, чтобы это прозвучало как вопрос. Само вышло. И почему-то стало не по себе. Стас обошёл сто и поставил перед Кристиной тарелку с блинчиками. Кажется, начинёнными творогом. Достал две чашки и тоже выставил на стол. Но, судя по тотчас насупленным бровям рыжей, понял, что идея о чаепитие её совсем не впечатляет.
— С малого? — переспросила, чувствуя биение пульса на шее.
— Ну, — Стас сел напротив и кончиками пальцев придвинул к девушке тарелку. Надеялся, что она всё же осмелится взять предложенное, но она стойко игнорировала его "подачки". — Для начала перестань дёргать ногой под столом.
И она перестала. А ведь даже не замечала этого, пока Стас не сказал.
— А дальше? — посмотрев на телефон, вдруг поймала себя на мысли, что сглупила. Нужно было включить диктофон. Нужно было вести игру по его же правилам. Но она снова была на шаг позади.
— Ну, к примеру, мы можем провести эту ночь вместе, — тихо произнёс и тут же заметил, как вспыхнули её щёки. Наполнились нежным румянцем, протестуя, и всем своим видом выказывая несогласие. — Без секса, если ты об этом беспокоишься, — всё же обмолвился, в надежде на то, что это хоть как-то её успокоит.
Но, судя по выражению её лица, это никак не повлияло на её настрой.
Холодный стащил с тарелки один блин и полностью запихнул тот в рот. Едва не замурчал от удовольствия. Так было вкусно. Зря она отказалась. Пережёвывая, смотрел на то, как Кристина, не находя места своим рукам, то стряхивает крошки со стола, то стирает невидимые капли, а то и вовсе прячет пальцы под рукавами водолазки.
— Если ты так нервничаешь, я могу пригласить к нам Ника с твоей подружкой…
Сам опешил от этого предложения. Оно сорвалось с языка гораздо раньше, чем Стас успел его обдумать. Но слово — не воробей.
Стас открыл было рот, чтобы продолжить, но вибрация в кармане заставила его проглотить все заготовленные слова.
Какому придурку там неймётся?..
Вытащив из кармана джинс телефон, он прочёл имя: Отец.
Как же вовремя…
— Не подождёшь меня в гостиной? — и сейчас, без всяких подоплёк в интонации… он действительно просил.
Кристина снова глотнула. Громко. И даже больно. Кивнула и молча отодвинула свой стул.
Так даже лучше.
Встав, бросила жалобный взгляд на блинчики, но всё же твёрдо решила, что есть в его доме она не готова. Рискованно. И дискомфортно. В его присутствии кусок в горло не лезет. Даже если он будет за стеной.
Стас поначалу даже не знал, что делать. Растерянно смотрел на то, как голова Кристины медленно сползает по подушке. Поняв, что она вот-вот стукнется виском о деревянный диванный подлокотник, резко шагнул, подставляя ладонь и успевая подхватить её.
И что, блядь, дальше?
Беспомощно покосился на маленькую подушку на другом краю огромного углового дивана, и вздохнул.
— Твою мать, — понимая, что скорее всего разбудит её.
Только выбор был невелик. Уберёт руку, и она тут же откроет глаза.