Я крепче зажмурила глаза, когда звук его дрочки стал прерывистым. Я знала, что он скоро кончит. Они всегда так делали. У этих мерзких ублюдков не было выносливости, они всегда кончали в течение нескольких минут.
В голове у меня стучало, когда я сидела на холодном полу. Корсет на грудной клетке впивался мне в бока, и я чувствовала, как сочится моя кровь, стекая по талии и покрывая трусики. Я запустила пальцы под корсет, оттянула его от своего тела и сосредоточилась на ровном дыхании. Я пыталась игнорировать звуки его тяжелого дыхания, когда он подергивал своим членом возле моего лица.
Его сдавленный оргазм ударил мне в лицо, и я подняла руки, чтобы защитить себя от дальнейшего попадания спермы в глаза. Я чувствовала его член, когда он выдаивал остатки спермы в мои волосы. В этот момент мне захотелось стошнить. Я чувствовала запах спермы, когда вытирала ее с лица и размазывала по полу.
— Ты выглядишь чертовски красивой, нарисованная мной. — Он присел на корточки и схватил меня за волосы. — Смотри на меня, блядь, когда я с тобой разговариваю, — выплюнул он.
Я открыла глаза и уставилась на него, на моем лице не было никаких эмоций. Я не позволю ему увидеть, что его действия повлияли на меня. Это было то, чего они всегда хотели. Видеть, как я ломаюсь. Видеть мои слезы. Наши взгляды встретились, и меня затянуло в водоворот борьбы за власть. Оба были одержимы желанием стать победителями. Может быть, во мне действительно есть какая-то сила.
— А вот и ты. — Он тянул меня за волосы, пока я снова не опустилась перед ним на колени.
Я бы сыграла свою роль и дождалась подходящего момента.
Он первым прервал зрительный контакт, и его взгляд скользнул к моим ребрам, где из раны текла моя кровь. Я наблюдала, как он облизал губы при виде моей раны. Он наслаждался этим, и я знала, что этот мужчина был развратным ублюдком, по тому, как блестели его глаза. Он отпустил мои волосы и потянулся к ране.
— Можно? — Спросил он, прежде чем погрузить палец в порез и заставить меня поморщиться от боли.
Это было чертовски больно, но я держала свои руки при себе. Я не набросилась на него. Я не остановила его мерзкое поведение. Я просто изучала его и его движения. Я заметила, что при движении он отдавал предпочтение правой стороне тела. Я увидела шрамы от ожогов на его левой руке, когда она лежала на бедре. Мое сердце бешено колотилось внутри меня, и я чувствовала, как кровь пульсирует в голове. Все болело. И было тихо. Почему было так тихо?
Я вздрогнула, когда что-то стукнулось об пол. Я отвела глаза и увидела нож, лежащий рядом с ним. Нож, без сомнения, он использовал бы его против меня сегодня вечером. Его быстрое движение заставило меня снова поднять осторожный взгляд и увидеть, как он тянется к каплям спермы в моих волосах.
— Ляг на бок. — Он дернул за цепочку, и я рухнула вперед, как мешок с дерьмом, и ударилась щекой об пол.
— Черт. — Низкое шипение сорвалось с моих губ. Мне было так больно, что хотелось плакать. Я свернулась калачиком на боку и внимательно наблюдала за ним.
Его больной взгляд блуждал по моему израненному и окровавленному телу. Я следила за каждым его движением, пока он наклонялся и ощупывал мой порез. Мои ноздри раздулись от этого вторжения, и, повинуясь инстинкту, я размахнулась сжатым кулаком и ударила его в лицо.
Он шлепнулся обратно на задницу и мгновение сидел в удивлении. Его темный пристальный взгляд встретился с моим, и он чертовски медленно покачал головой.
— Глупая сука. Посмотри, что ты наделала. — Он стер кровь с уголка рта и вытер ее о мои губы.
Теперь я поняла, для какой прелюдии он был здесь. Чертовски грязной.
— Пошел ты. — Я плюнула в него, пытаясь смыть как можно больше его крови со своих губ.
Я не беспокоилась о том, что он не был чистым. Я должна была отдать должное Дэву, он действительно заботился о нас, девочках, в этом аспекте. Прежде чем любой клиент мог прикоснуться к кому-либо из нас, он должен был пройти четкое медицинское обследование. Это было проведено здесь, на месте, хорошо оплачиваемым врачом Дэва.
Злобная ухмылка расползлась по его мерзкому лицу, когда он уставился на меня сверху вниз. Что-то ненормальное затанцевало внутри него. Я видела это по его бесстрастным глазам, когда он встал, снял пиджак и бросил его на землю.
— Не нужно быть такой вульгарной, малышка. — Он подтолкнул меня ботинком.
Я посмотрела на него снизу вверх как раз в тот момент, когда его ботинок опустился и наступил мне на бок, отчего инкрустированный драгоценными камнями металлический жилет врезался в мою плоть. Я сдавленно вскрикнула, когда агония пронзила меня. Мои ребра все еще болели после последнего мерзкого куска дерьма, который пытался меня пытать.
Он толкнул меня ботинком на спину и уставился на меня сверху вниз. Его довольная ухмылка встретила мой сердитый взгляд.
— Протяни руки. — Он зарычал, наклонился и поднял нож.
Я сделала, как он сказал, зная, что меня порежут на кусочки и оставят умирать, если я не подыграю в его жестокую игру. Он достал наручники из кармана и защелкнул их на моих запястьях, пока я лежала на земле и смотрела ему в глаза. Я убедилась, что наблюдаю за ним и за каждым его движением. Я знала, что этим ублюдкам от этого некомфортно. Все они хотели увядший маленький цветок, который боялся бы их и съеживался от их грубых прикосновений. Я была чертовски уверена, что поступала наоборот и встречалась с ними лицом к лицу.
Мои мысли обратились к Илаю и к тому, каким глупцом он был, придя сюда. Что, черт возьми, по его мнению, могло произойти. Я просто надеялась, что они отпустят его невредимым теперь, когда я у них здесь. Я бы сама прикончила его, черт возьми, если бы его нога еще раз ступила в это место.
Этот ублюдок опустился на колени рядом со мной и наблюдал, как я дышу сквозь стиснутые зубы.
— Сейчас я тебя придушу, а потом трахну. Не сопротивляйся, малышка. — Его резкий тон не соответствовал широкой улыбке, которую он выдавил из себя. Болезненное удовлетворение от того, что он снова кончил, сделало его чертовски самодовольным.
Я отодвинулась от него настолько, насколько мне позволял ошейник, и начала брыкаться ногами, чтобы он не смог подобраться слишком близко. Это было бессмысленно, поскольку ему удалось побороть меня, сесть мне на ноги и прижать мои руки к груди. Он был слишком силен для меня. Я была слишком слаба, чтобы отбиться от него.
— Отвали, ты, больная гребаная пизда! — Я закричала, когда его рука опустилась и схватила меня за горло.