– Занесу сегодня, – отмахнулся Беломир.
– Ты не подумай чего. Вот сам посмотри, – вдруг засуетился Векша, срывая с полки чистую рогожу. – Всё как есть, в дело пустил.
– Уймись, – осадил его парень. – Знаю, что не себе забрал. На большое зеркало, небось, с двух монет металла уходит.
– Верно. Откель узнал? – растерялся кузнец.
– Вижу, – усмехнулся Беломир. – А в остальном у тебя как? Всё ли добре?
– Слава роду, – улыбнулся кузнец с заметным облегчением.
– Ладушка как? Поздорову ли?
– Выправилась, егоза. С подружками по стану бегает, – тепло улыбнулся Векша, разом превратившись в большого добродушного сенбернара.
Громадный, неимоверно сильный, и при этом добрый, ласковый, как телок.
– Надо будет ей куклу вырезать, – подумал парень, кивая. – Я чего пришёл, – вспомнив свою очередную идею, сменил он тему. – У тебя меди листовой много осталось?
– Есть малость, – моментально насторожился Векша.
– Показывай, сколько. Станем для дома чайники делать, – усмехнулся Беломир, по-хозяйски снимая с полки пергамент и уголёк.
Быстро накидав не самый большой чайник, он быстро объяснил приятелю, для чего этот предмет нужен, и, разглядывая разложенную на верстаке медь, задумчиво протянул:
– М-да, маловато, конечно, но мне большой и не нужен. Всё одно один живу. А олово в закромах твоих имеется?
– Имею, – быстро кивнул кузнец.
– Вот и ладно. Значит, будем пробовать, – усмехнулся парень, засучивая рукава.
Вырубить нужные части для приятелей стало делом пары часов. Убедившись, что всё получилось правильно и размеры не просажены, они принялись выгибать металл, придавая ему нужную форму. Конусный носик простой формы, пара петель для ручки, прямые стенки высотой примерно в две ладони и чуть выгнутая верхняя часть с широким горлом под крышку. Векша десятком точных ударов придавал заготовкам форму и тут же укладывал их рядом с горном, для нагрева.
Глядя на его точные, скупые движения, Беломир только головой качал. Заметив его реакцию, кузнец насторожился и, закончив собирать корпус, негромко поинтересовался:
– Ты чего, друже?
– Цены рукам твоим нет, Векша, – уважительно произнёс парень. – И дня не прошло, а уж новинку сделал. Осталось только швы оловом залить.
– Благодарствуй, Беломир. Да только работа-то простая. Медь, она мягонькая. Чуть стукнул, и согнулась. Чего ж не работать. К тому же ты вон нарисовал всё так, что с первого взгляда понятно, чего куда крепить, – польщенно улыбнулся кузнец, возвращая комплимент.
Сунув в горн чашу с оловом, он быстро вылудил все швы и, собрав чайник, снова поставил его рядом с огнём. Дождавшись, когда медь нагреется, он принялся заливать швы оловом, тут же зажимая их узкими щипцами. Только теперь Беломир сообразил, что в большинстве своём медная посуда тут так и делалась. Быстро, просто и достаточно надёжно. Главное, на огне её не забыть. Иначе всё олово из верхних швов вытечет. Закончив, Векша выставил чайник на верстак и, оглядев его со всех сторон, задумчиво хмыкнул:
– Друже, а дозволишь я себе такой в дом сделаю?
– Ты посмеяться надо мной решил? – возмутился парень. – Кому как не тебе все мои придумки в первую голову пользовать?
– Ну, спросить-то всё одно надобно, – развёл кузнец руками.
Их спор прервало появление в дверях Григория. Остановившись на пороге, казак с интересом огляделся и, приметив чайник, спросил:
– Это для чего ж штука такая будет?
– А это, дядька, воду кипятить, заместо чугунка иль самовара, – усмехнулся Беломир в ответ. – Нам с тобой, в хозяйстве в самый раз будет.
– Чего это? – не понял казак.
– А у нас в домах хозяек нет. Так что вон, на печку носатого поставил, вода и вскипела. И возиться долго не надо, – пояснил парень, грустно усмехнувшись.