Я кивнула, не в силах вымолвить слова. Алина под столом ущипнула меня за колено.
— Да, — наконец выдавила я.
— А вы?
— Социологии, — он легко ответил.
— Иногда хожу на лекции по вашей теме. Очень интересно.
Он говорил это так уверенно, что ему нельзя было не верить.
— Можно я присяду? — он показал на свободный стул за нашим столиком.
— Конечно! — тут же выпалила Алина, прежде чем я успела что-то сказать.
Степан сел. Его движения были плавными и уверенными.
— Меня Степан зовут, — сказал он.
— Я знаю, — ответила я и тут же покраснела.
— То есть… все знают.
Он рассмеялся. Звук был приятным.
— Неужели у меня такая дурная слава? — он посмотрел на меня с притворной грустью.
— Ну… — я не знала, что сказать.
— Не слушай ее, — вступила Алина.
— Она просто скромница. Я Алина.
— Очень приятно, Алина, — он кивнул ей, но взгляд его снова вернулся ко мне. — А вас?
— Маша, — тихо сказала я.
— Маша, — повторил он, и мое имя в его устах звучало как-то по-новому.
— Так что, Маша, вы не ответили. Я правда кажусь вам таким ужасным?
— Я не говорила, что вы ужасный, — смутилась я.
— Просто… вы другой. Вы из другого мира.
— Из какого такого мира? — он улыбнулся и наклонился ближе.
— Все мы люди. Вот я, например, люблю хорошие книги и интересные разговоры. А вы?
— Я… тоже, — сказала я, чувствуя себя полной дурой. Конечно, я люблю книги. Но почему-то сейчас это прозвучало так глупо.
— Вот видите, — его глаза блеснули.
— У нас уже есть что-то общее. Слушайте, я как раз недавно перечитывал «Мастера и Маргариту». Вы ведь наверняка ее любите?
Я не могла поверить. Этот мажор, этот Громов, говорил со мной о Булгакове?
— Да… это моя любимая книга, — призналась я.