Девушка выдержала паузу, пытаясь сдержать гнев, но все же ответила:
— Да.
— Сама? — Я был потрясен. Это было такое масштабное зрелище, что предположил, будто над тортом работала целая команда. А не одна женщина.
Она повернула голову, и я увидел еще один мазок глазури возле ее уха, чего раньше не заметил.
— Да.
— Впечатляет. Это произведение искусства.
Она моргнула, посмотрела на композицию, переставляя кексы в нужное положение. Голос и выражение ее лица смягчились.
— Так и должно было быть.
— И сама придумала?
— Да.
— И испекла? — догадался я.
Она расправила плечи и повернулась ко мне лицом.
— Да, и испекла.
Я взял ее руку, наклонился и поцеловал костяшки пальцев.
— Он такой же красивый и уникальный, как и ты сама. Ты должна гордиться.
Ее рот приоткрылся от потрясения. Я был удивлен тем, как сильно мне хотелось поцеловать эти пухлые губы. У меня было ощущение, что когда она не изрыгает гневные слова, они будут слаще, чем весь торт и скульптура из глазури за ее спиной.
Но мне нравилось, когда она брызгала слюной и была в ярости.
Не сводя с нее глаз, я протянул руку и взял еще один кекс. Глаза девушки расширились, когда я поднес его ко рту и откусил кусочек. Прежде чем она успела взорваться, я прижался губами к ее губам.
— Спасибо за угощение, Пчелка.
Затем я повернулся и пошел прочь, пока не совершил какую-нибудь глупость, например, не остался целовать ее до тех пор, пока не стала бы умолять меня трахнуть ее прямо здесь и сейчас.
Потому что я бы так и сделал.
Глава 2
БРИАННА
Дверь за незнакомцем, ворующим кексы, закрылась, и я издала сдавленный вопль раздражения. Я понятия не имела, кто он такой, кем себя возомнил, но приходить сюда и трогать мой торт?
Неприемлемо.
Заглянув в контейнер, я убедилась, что кексов более чем достаточно для завершения работы. Я испекла побольше на всякий случай, но все равно. Он съел целых три. Без спроса.
Это было откровенно грубо.
Если увижу его позже, то выскажу все, что о нем думаю.
Наверное, стоит отчитать его и за то, что поцеловал меня. И за то, что трогал мой торт. Но особенно за украденный поцелуй. Это меня разозлило больше всего.
По крайней мере, думаю, что так.