— Лена, я же тебе всё об…
Ведьма жестом прервала его, и принялась объяснять сама:
— Если бы ты знала, сколько важной информации я собрала, находясь в моей питомице. Сколько жизней я пасла! Ты не представляешь, как это ответственно и порою утомительно быть ведьмой.
— Даже представить себе боюсь. Жить несколько веков, быть всегда молодой, богатой — это так утомительно, — не смогла я не съязвить.
Виктор взялся рукой за лоб и отвернулся, чтобы не видеть как меня будет распинать ведьма за дерзость.
А мне было всё равно. Я устала. Я хотела поскорее выполнить приказ колдуна и вернуться домой. Обнять Дика и его бабушку, сказать им, что им больше ничего не угрожает. И да, хочу скорее убрать эту мохнатую и противную букашку из моей руки.
— А-а-а-а-а, — застонала я от боли, схватившись за свою левую кисть. — Ах ты тварь противная! Не нравлюсь тебе? Ты тоже мне не нравишься. Была бы моя воля, вынула бы тебя сама и убила! — Боль стала сильнее. Стиснув зубы, я сдержала крик, лишь тихо промычав: — М-м-м-м…
Амелина смотрела на меня с жалостью, а вот Виктор… Виктор повернулся, подошёл ко мне, присел на одно колено, взял мою проблемную руку за запястье и, приблизив к своим губам, тихо прошептал:
— Чш-ш-ш-ш-ш, всё хорошо, не бойся, тебя никто не собирается убивать.
Удивительно, но это подействовало, боль утихла.
— У тебя что с ней особые отношения? — округлив глаза смотрела я на парикмахера.
Он почему-то покраснел и отвёл взгляд.
— Скажи ей, пусть знает, — со вздохом произнесла ведьма, обращаясь к Виктору.
Чего-чего? Что здесь происходит? Что за секреты от меня?!
— А ну рассказывай! — крикнула я на Виктора, видя, что он не хочет этого делать.
Виктор снова посмотрел на меня, затем на Амелину. Получив от неё одобрительный кивок, снова вернул ко мне внимание и начал говорить:
— В твоей руке Айна — паучиха, моя питомица.
— Чего?! А ну убери эту гадость из меня! — протянула к нему руку и опять заныла от резкой боли: — А-а-а-а-а! А ну прекрати! — крикнула я в ладонь.
Виктор опять принялся успокаивать паучиху, я продолжала стонать, а ведьма удрученно качала головой — кто бы посторонний увидел, точно бы сказал: “дурдом”.
А вот и посторонние! В дверь постучали. Мы как по команде замолчали и синхронно повернули головы к дверям.
Боль в ладошке у меня прошла, только неприятно зудела. Я почесала руку и шёпотом спросила ведьму:
— Это кто?
Она лишь загадочно улыбнулась и опять кивком дала понять Виктору, чтобы тот открыл.
Не знаю отчего, но моё сердце лихорадочно заколотилась, я не хотела, чтобы впустили того, кто за дверью и в тот же момент очень хотела. У меня раздвоение личности?
Глава 12
Виктор открыл дверь и в дом вошёл высокий, статный, мужчина, на вид лет сорок, может сорок пять, но очень привлекательный.
Я видела красивых мужчин и, в принципе, была к ним равнодушна, но этот… Это особенно хорош. У меня аж дыхание перехватило от восхищения. От него веяло силой, такой настоящей, мужественной и даже больше. Несмотря на то, что накидка на его широких плечах была довольно-таки скромная, но в нём чувствовалось благородство, я бы даже сказала — родовитость. Посмотришь на него и сразу понятно, что перед тобой далеко не простолюдин.
И опять же у меня возникло чувство, что я его где-то видела, а вот где, так и не смогла вспомнить.
Благо помогла ведьма, вскочив с кресла и громко проговорив:
— Приветствую вас, Ваше Величество!