Виктор, подняв мой сувенир, подал его мне и ответил:
— Жил когда-то. Дразат его недавно удалил, а то паук сильно беспокоить начал, — показал он мне свою ладонь, на которой виднелся свежий, но хорошо затянутый небольшой порез. С грустью улыбнувшись, добавил: — Тяжело подстригать посетителя, когда у тебя руки трясутся. — Взглянув на мою проблемную ладонь, объяснил: — Когда напрягаешься, боль только усиливается, так что постарайся расслабиться и не думать о побеге, паук это чувствует и злится.
Я опустила руки и, сделав глубокий вдох-выдох, немного успокоилась. Боль и в самом деле уменьшилась и стала проходить.
— Спасибо, — вытерла я выступивший пот со лба и приняла сувенир.
— Пустяки, — Виктор слабо улыбнулся и снова подставил мне локоть — Идём?
Я кивнула и взялась за его руку. На этот раз он вёл себя приличней, не пялился на меня и комплиментов не говорил.
Прошли мы всего немного, когда поняли, что что-то происходит — люди стояли на тротуарах и проезжей дороге, как статуи.
Я не могла разглядеть, что там такое, но инстинктивно тоже замерла, тем более, что Виктор также резко остановился.
Судя по всему объявился метаморф. Я ещё не имела “счастья” с ними сталкиваться. Если верить Виктору, в последние пять лет они не появлялись. Но я, была бы не я, судя по моей “везучести”. В последнее время неудачи на меня как из рога изобилия сыпятся. Наверное звёзды от меня отвернулись или как тут ещё местные говорят “чем-то прогневила богов”.
Глава 10
Так мы стояли наверное минуты три, это для меня много, не люблю без движения долго находиться, да и ноги затекли в дурацких туфлях на каблуках.
— Долго мы так ещё будем? — шёпотом спросила Виктора.
— Не знаю. Надеюсь сигнал кто-нибудь успел подать.
— Ты уверен?
— Нет, но будем надеяться.
Мы постояли ещё примерно пару минут, ноги сильнее затекли. Эх, встретить бы того, кто сшил эту неудобную обувь и самого заставить носить! Наверняка мужик какой-нибудь, женоненавистник, специально такие туфли создал, чтобы барышень помучить.
— Как быстро обычно реагируют на сигнал? — снова я задала вопрос.
Ну не могу я так долго на месте стоять! Скоро плюну на всё, развернусь и уйду. Вряд ли метаморф меня увидит через толпу.
Впереди стоящих людей было, кстати, не так уж и много. Вопрос только один — где именно метаморф? И что он намерен делать? Выжидать, когда кто-то шевельнётся? Или всё-таки дальше пойдёт жертв новых искать?
— Быстро, но как только прибудет помощь, мы должны успеть убежать, когда метаморф обратится, — едва слышно ответил Виктор.
— Обратится? Ты его видишь?
— Да, вижу немного. Он в активной фазе, поэтому никого не видит, но скоро придёт в обычное состояние и увидит всех. У нас будет лишь пара секунд, чтобы убежать. Хорошо, что мы в конце толпы.
Почему-то мне не понравились такие слова.
— А как же остальные?
— Увы, им мы ничем не поможем. Кто-то успеет убежать, а кто-то нет. Жертвы неизбежны, если помощь не подоспеет.
Впереди примерно через три человека я увидела ребёнка — девочку лет четырёх. Она крепко держала маму за руку и тоже боялась пошевелиться. Даже детей сызмальства учат, как себя защитить от монстров. Но надолго ли такая защита? Где эти маги? Да и сам король где?
Глядя на эту малышку у меня сжалось сердце. Она ведь не успеет убежать! Я должна что-то сделать. Должна!
В вспотевшей ладони я сжала сувенирного дракончика, несмотря на вновь возникшее жжение в том месте, куда проник паук. На него мне было абсолютно плевать, я думала лишь о том, как спасти ребёнка. В голове начала прикидывать примерный план действий.
Я уже представила, как подбегаю к малышке, хватаю её на руки и бегу что есть мочи прочь отсюда. Надеюсь её мать нас догонит. А что ещё можно предпринять?
Да где же эти чёртовы маги?!