Зимняя почта: читать начало книги онлайн

— Не надо, Тана, — проскулил Всадник сквозь зубы, впервые назвав ее по имени. — Я не стою этого.

— Это моя жизнь. Мне решать. — Она закрыла глаза и раскинула руки. — Бери, госпожа.

— Страж Северных врат, ты принимаешь жертву человеческой девочки? Я сниму с тебя проклятие и отпущу к той, что, возможно, простила тебя и все еще ждет.

Всадник молчал. Тана стояла в той же позе, но ей становилось страшно. Лучше бы Эква сразу убила ее, чем вот так ждать конца.

— Нет… — едва слышно ответил Всадник.

— Что? Я не поняла тебя, — удивленно переспросила Эква.

— Мне не нужна свобода ценой чужой жизни. Госпожа, я не принимаю жертву Таны.

— Я тоже. — В голосе Эквы послышалась улыбка, и Тана приоткрыла один глаз.

Госпожа действительно улыбалась, и ее красивое лицо сияло мягким светом. Тана вспомнила материнское тепло и ласковые прикосновения. Она обмякла и свалилась в снег, тут же почувствовав, как ледяные руки бережно подхватывают ее.

— Что с тобой такое, человеческое дитя? — забеспокоился Всадник, усадив Тану и прижимая ее к себе.

— Госпожа не хочет мне помочь, но я вижу, что она добрая. Значит, помочь мне просто нельзя. Ни отца, ни Тэбняма никак не вернуть, они ушли в Нижний мир. А ты отказываешься от помощи.

— Славное дитя, — мягко сказала Эква. — Ты храбрая девочка с чистым сердцем. Я с самого начала не собиралась принимать твою жертву. Я испытывала тебя. За то, что ты пожалела созданий леса и готова была отдать за них жизнь, я верну твоего отца. Он не ушел в Нижний мир. Зимние духи отыскали его, он спит холодным сном, его сердце еще бьется, а значит, я смогу его оживить.

В этот момент на колени Таны запрыгнул живой и веселый Тэбням и застрекотал, зацокал, рассказывая ей что-то на своем соболином языке. Счастливая Тана сгребла его в охапку и поцеловала в черный уголек носа.

— Тэбням — мои глаза и уши в лесу, — пояснила Эква. — Он не простой зверек. Он привел тебя ко мне, потому что посчитал, что ты достойна помощи. Он, хитрец такой, знал дорогу попроще и покороче. Ну да уж как вышло.

Тэбням прижал ушки к голове, будто устыдившись своей хитрости, и юркнул в рукав Таны.

— А что до тебя, страж Северных врат, — продолжила Эква, — просто так я простить тебя не могу. Ты готов пройти испытание?

— Да, госпожа, — тихо согласился он, — но какое?

— О, все очень просто.

Эква взмахнула рукой, и справа от нее явились три столба света, в которых кружились золотые пылинки, какие бывают летом в солнечном луче. Из этих пылинок соткались три деревянные девы: очень похожие между собой, почти неотличимые друг от друга. Тана открыла рот от изумления и восторга. Под ногами дев таял снег, проталины расползались все шире, и вот уже молодая травка обнимала их босые ступни в темных прожилках.

Тана сразу узнала деву из подснежной пещеры и хотела было кинуться к ней, но Тэбням высунул мордочку из рукава шубки и пребольно куснул ее за палец.

— Эй, ты чего? — возмутилась Тана.

Тэбням вильнул хвостом в сторону Всадника, и Тана перевела взгляд на него. Он дрожал с головы до ног, волосы и ледяные пластины негромко позванивали, словно ветер шевелил маленькие колокольчики, которые висели на нижних ветвях Великой лиственницы.

— Ты уже понял, страж? — подала голос Эква. — Ты должен узнать свою любимую из трех духов летнего леса.

— Конечно, он узнает, — вмешалась Тана. — Это очень легкое испытание, госпожа, и я благодарю тебя за то, что не стала давать трудных заданий.

Всадник покачал головой.

— Это было так давно… так давно… Я не знаю, сколько я брожу в этих снегах. Звезды изменили свой путь по небу, а я… Вместе с прежним обликом у меня отняли воспоминание о том, как ты выглядишь.

Он обращался сразу к трем девам и ни к одной из них. Он смотрел в далекое прошлое. Там еще не было Таны, не было ее отца, их поселения, а может быть, и людей вообще. Духи летнего леса переглядывались между собой и украдкой смахивали смоляные слезинки с деревянных щек.

— Выбирай, страж, — на этот раз жестко велела Эква. — Светает. С первым лучом твое испытание закончится.

В ногах дев зацвела земляника, и белые цветы напоминали о сугробах вокруг. Всадник закрыл глаза, глубоко вдохнул и… запел. Глаза Таны закрылись сами собой. Она не разбирала, есть ли в песне слова и знаком ли ей язык. В груди ширилось что-то большое и горячее, разрывая сердце и ломая ребра. Слезы потекли сами собой. Голос Всадника, набирая силу, от тихого нежного пения поднялся так высоко: до самых макушек сосен, до созвездия Большого Лося, до Верхнего мира. Возможно, сам Нуми-Торум услышал его светлые, чарующие звуки.

Тана поняла, что это песня о любви между мужчиной и женщиной, о которой она знала только из материнских сказок, где богатырь спасал красавицу. Да еще иногда она замечала, как мать и отец обмениваются редкими теплыми взглядами. Теперь Тана поняла о любви все. Она любила отца и мать, любила этот лес и Тэбняма, любила жизнь. И однажды полюбит мужчину, а тот полюбит ее в ответ. Ей хотелось, чтобы он был так же прекрасен, каким сейчас ей казался ледяной Всадник, но голос ответил, что ее избранник будет еще лучше. Ведь нет прекраснее человека, которого любишь всем сердцем.