Пробуждение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Привычно закутавшись в кокон из Силы, позволяющий не слишком обращать внимание на жару Татуина, я огляделся и направился к место своего проживания. На случай появления джедаев, мне приходилось поддерживать маскировку, демонстрируя нейтральность своей силы, которая, к слову, и так потеряла изрядную долю темного окраса, что меня напрягало не меньше, чем странное состояние психики.

Фактически, сейчас, если судить по исключительно внешним критериям, я не выгляжу Лордом Реваном не только физически, но и энергетически. Совершенно нейтральная с прожилками Света, аура, лишь изредка в ней попадаются темные элементы.

«Так не бывает, — мысленно хмыкнул я, в очередной раз оценив свою энергетику, — Это невозможно… Но это имеет место. И с этим надо разбираться.»

Не забывая поглядывать по сторонам, я шел по узким улицам Мос-Эсла. Песок под ногами и стены окружающих построек привычно источали жар уходящего дня. Ночью здесь наступит холод. Он будет столь обжигающим, что если кто-то вздумает оставить чашку с водой на улице, то обнаружит вместо благословенной жидкости лёд.

Классическая пустыня, что всеми силами стремится изничтожить незваных гостей и днём, и ночью.

— Эни! — встретил меня голос матери, заставив сердце в груди пропустить удар.

Шми Скайуокер.

Ещё одна беда н мою голову.

И ещё одна странность.

Неожиданно для себя, я обнаружил невероятную, кажущуюся иррациональной, привязанность к этой женщине. Я — Реван. Бывший джедай и ситх. Я уничтожал миллиарды, отдавая приказ об орбитальных бомбардировках. Я прошел войну, плен и пытки. Я познал Тьму ситхов и Свет джедаев, но… Глядя на Шми Скайуокер, которую, следуя логике вещей, не должен был воспринимать кем-то близким, испытывать совершенно не свойственные и чуждые мне чувства.

У меня никогда не было матери. Я вырос в трущобах во Внешнем Кольце. Приют, а потом и орден джедаев вытравили из меня понятие семьи. Однако, здесь и сейчас во мне поднималась буря эмоций, стоило увидеть эту женщину.

Именно эти чувства и заставили меня начать применять известные мне целительские техники уже и к ней, а не только к своему новому телу. И это тоже было совершенно не нормально. Ни ситхи, ни джедаи не должны идти на поводу чувств и эмоций. Это дорога в один конец — к забвению и смерти.

Войдя в небольшое здание, что стало моим пристанищем в новой жизни, я посмотрел на Шми, пытаясь задавить поднявшуюся во мне бурю эмоций, и улыбнулся:

— Здравствуй, мама.

Бросив взгляд на С-3PO, я хмыкнул. «Протокольный» дроид, восстановленный с помощью Силы, паяльника, мата и запчастей от его древних собратьев, стал для меня чем-то вроде личного экзамена по Меху-Деру. Пришлось повозиться, интегрируя в него совершенно не подходящие компоненты. К тому же, я очень много времени потратил на то, чтобы превратить его в аналог моего верного HK-47. Нет, точной копией могучего дроида убийцы он не стал — нет тут ни нужных компонентов, ни модулей программного обеспечения, ни материалов, что позволят превратить его в серьёзную боевую единицу. Однако, даже моих познаний в программировании и кибернетики, дополненных той литературой, что выдал мне Уотто, хватило для того, чтобы никчемный с военной точки зрения протокольник превратился в «последний шанс».

Мне удалось переделать его матрицу личности, используя опыт создания HK-47. Правда, в этот раз, учитывая обстоятельства, пришлось делать упор на скрытность и маскировку под весьма примитивную машину. Фактически, C-3PO имитирует поведение трусливого протокольного дроида, каких в галактике великое множество, но… под золотистой обшивкой, за неловкими движениями моего детища, скрываются приводы и механизмы нескольких боевых дроидоих, обломки которых неизвестным путем оказались в лавке Уотто. В предплечьях своего творения я смог спрятать по однозарядный огнемет и лазер. Не самое выдающееся оружие, но в задачи C-3PO и не входят позиционные бои на средней дистанции. Вместо этого, он должен выбрать подходящий момент и нанести один единственный удар, который будет смертельным.

Впрочем, это пока. Когда у меня появится возможность, дроид будет переделан в нечто более серьезное… Возможно. А, возможно, и нет. Не исключено, что с течением времени я создам с нуля нечто новое, куда более совершенное, вместо того, чтобы пытаться превратить своей далеко не совершенное, собранное из хлама, детище.

— Иди приводи себя в порядок и за стол, — покачала головой Шми, заметив мой взгляд, брошенный на дроида.

— Хорошо, — кивнул я, направляясь к санузлу.

Ультразвуковой очиститель в качестве замены нормальной раковины и его более крупный аналог, выполняющий руль душ… Ненавижу.

Все эти годы я хотел и хочу искупаться. Простое удовольствие в виде душа с горячей водой. Казалось бы, какая мелочь… Но именно эти мелочи и создают понятие «уровень жизни». Мы все начинаем ценить их только тогда, когда они оказываются недоступны. А, ведь, помимо этого есть и другие «мелочи», вроде книг, доступа к голонету и прочих благ цивилизации, воспринимающихся теми же жителями Корусанта или иного, более-менее благополучного мира, чем-то неотъемлемым.

С другой стороны, что мне, что Шми, было грех жаловаться. Уотто, хоть и не давал чего-то особенного, но мы никогда не голодали, и могли быть уверены в том, что женщину, например, а то и меня, не сдадут в аренду любителям «развлечений на одну ночь». А таковые среди обитающего на Татуине сброда имеются в изрядном количестве. К тому же, с тех пор как я начал ремонтировать технику и дроидов, принося тойдарианцу неожиданный, но стабильный доход, еда на нашем столе стала заметно более разнообразной, а в доме появилась система климат-контроля. Этим Уотто демонстрировал, что ценит труд и его результативность.

— Как дела в лавке? — спросила женщина, когда я уселся за стол, — Снова ремонтировал дроидов?

— Да, — кивнул я, не сдержав скептического фырканья, — Превращал металлолом в нечто похожее на шевелящийся хлам.

Покачав головой, Шми сделала глоток кафа, не так давно ставшего частью нашего рациона.

— Даже не хочу знать как тебе это удается… Для меня это всё… — неопределенно махнула рукой женщина,- Что-то странное и сложное.

Покачав головой, я покосился на неё и задумался, не забывая жевать. Что-то в истории Скайуокеров не клеилось. Определенно. Но что?

— Мама… А кто мой отец? — спросил я, проглотив очередную порцию чего-то сублимированного, имитирующего нормальную еду.

Шми замерла и, бросив на меня тяжелый взгляд, покачала головой.

— Не знаю.