– Ты меня лапал! – грозно шипит и щурит глаза. – Этого мало?
– Аня! Твою мать! – рычу. – Я спал. Спал, понимаешь?
– И что? – демонстративно скрещивает руки на груди.
Мой взгляд опускается ниже уровня лица и попадает на два полушария, обтянутых моей футболкой. Реакция организма становится еще более острой и требовательной.
Ласточкина, блин!
– А-а-а! – откидываюсь назад на подушки. У меня больше нет слов.
Делаю глубокий вдох, резко сажусь и поднимаюсь с кровати. Время не терпит и тратить его на бесконечное выяснение отношений я не собираюсь.
Если Аня со мной не согласна, то пусть делает, что хочет. Но у нас двое детей, и они не виноваты, что их мать из-за своих обид позабыла обо всех своих обязательствах.
Пойду хоть завтрак девочкам приготовлю. Не отвозить же их голодными в детский сад.
Оставив в спальне полную возмущения Ласточкину, направляюсь к дочкам, даю себе пару минут насладиться умиротворением и покоем, что дарят крепко спящие малышки.
Какие же они красивые… Все в мать!
– Девочки, – произношу негромко. – Пора просыпаться.
– У-у-у, – бурчит Соня, переворачиваясь на другой бок.
– Нет, не пора, – вторит ей Маня, пряча голову под подушку.
– Пора вставать, – повторяю, пытаясь до них достучаться.
Но разве можно уговорами разбудить ребенка? Особенно, когда он поздно лег накануне и никак не желает просыпаться. Недоспал.
– Девочки, – говорю более настойчиво.
Смотрю на неподвижно лежащих малышек, опять ухмыляюсь. И даю им еще несколько минут на сон.
Засекая время, принимаюсь быстро приводить себя в форму, готовлю завтрак, варю кофе и накрываю на стол. Когда прихожу к детям, то вижу их уже собранными и одетыми. Ласточкину тоже.
– Мы пойдем, – заявляет Аня, держа дочерей за руки. – Большое спасибо за все!
– Не глупи, – пытаюсь ее остановить. Ничего не выходит.
Каждое мое слово воспринимается в штыки.
– Ань, – хватаю ее, не позволяя уйти.
Нутром чувствую, если я ей позволю сбежать, то больше никогда не увижу. Эта зараза будет продолжать меня избегать.
– Что?! – вспыхивает, словно спичка. В глазах слезы.
– Я завтрак приготовил, – киваю в сторону кухни. – Сама не хочешь, ладно. Но подумай про дочерей.
Аня молчит. Кусает губы.
Переводит на девочек полный агонии взгляд.
– Кушать хотите? – спрашивает у них. – Или дома покушаем?
– Хотим! Хотим! – перекрикивая друг друга, пищат.