— Все вместе? — приподняла я бровь. — Он точно не в сговоре с тобой?
Руслан подмигнул:
— Возможно. Но я не сдаю соучастников.
На вершине колеса обозрения Кирюша затаил дыхание от высоты, прижавшись ко мне. Я обняла его и вдруг поймала взгляд Руслана. Он смотрел с такой теплотой, будто был благодарен — просто за то, что мы с ним в одной кабинке.
— Спасибо, что позвал, — тихо сказала я.
— Спасибо, что согласилась. Вы оба… — он на секунду замолчал, подбирая слова. — Вы — как пирог с клубникой. Тёплые, настоящие и немного непредсказуемые.
— Это самый странный комплимент, который я получала.
— Но честный, — пожал он плечами. — И с любовью к выпечке.
Мы оба рассмеялись, а Кирюша тут же заявил:
— А давайте в следующий раз в зоопарк! Или в музей динозавров! Или...
— Кажется, у нас теперь новый босс, — сказал Руслан.
Я кивнула:
— И, похоже, у него уже план на ближайшие месяцы.
После парка Кирюша уснул в машине буквально на ходу — в обнимку с пакетом сахарной ваты. Я аккуратно перенесла его в кровать, накрыла одеялом с машинками. Он мирно сопел, улыбаясь во сне. Похоже, день удался.
Руслан всё это время молча стоял у двери, будто не хотел мешать. Но и не уходил.
— Чай будешь? — спросила я, выходя из детской.
— Только если ты его не сама выращивала, собирала и сушила, — усмехнулся он. — Хотя чувствую, ты и это могла бы.
— Нет, сегодня обычный. Из пакетика. Без подвигов.
Мы сидели на кухне. Чай остывал, а разговор вдруг ушёл куда-то глубже, чем я ожидала. Руслан почти ничего не спрашивал — просто слушал. А я... я, кажется, впервые за долгое время решила рассказать правду. О себе. Без прикрас, без глянца, без маски сильной и вечно улыбающейся.
Просто — как есть.
Глава 8
— Я была замужем, — начала я, глядя в окно. — С самого начала всё было как будто правильно. Мы оба были молоды, я верила, что любовь — это навсегда, даже если трудно. Особенно если трудно. А трудно было почти всегда.
Он молчал, только кивнул.
— Я работала в самом начале на двух работах , в беременность я работала до последнего , — продолжала я. — А в декрете… ну, условном декрете — печь на заказ, собирать торты ночами, носить Кирюшу на руках, когда он плакал. Муж… он не то чтобы плохой человек. Просто никакой. Не стремился. Не поддерживал. Иногда казалось, что он женился просто потому, что «так надо». И всё.
— Ты всё тащила одна, — тихо сказал Руслан.
— Да. Платежи за квартиру, еда, детские вещи — всё на мне. Я брала кредиты, выкручивалась. Он зарабатывал копейки, но при этом был уставшим и раздражённым. А ещё — абсолютно равнодушным. Как будто я — просто соседка по жизни. Ни обнять, ни посмотреть, ни поцеловать. Даже «спасибо» — и то нечасто. А еще его мать , которая постоянно звонила и говорила , что я обуза, без нас с Кирюшей якобы у него могло бы быть блестящее будущее. Мне так хотелось ласки , трепетного отношения , чтобы меня берегли , обнимали в конце концов , видели во мне женщину , а не прислугу. Он даже в конце решил заставить меня взять микрозаймы для открытия бизнеса. Сейчас смешно, а тогда я была в каком-то вакууме, я была голодной до любви , готова была взять эти займв.
— Зай,зай, зай, возьми на себя мой микрозайм, — с горькой улыбкой сказал Руслан.
Я вдруг почувствовала, как внутри поднимается комок. Но не из боли — из усталости, которую так долго прятала.
— Именно, все как в песне. А потом я поняла: это не семья. Это тюрьма с посудой и кредитами. И я ушла с Кирюшей. Сначала он обещал помогать сыну , а затем в один прекрасный день позвонил и сказал , что написал официальный отказ от сына. Потом я уже накопила деньги на психолога , и он помог понять мне, почему я вступила в таки отношения. Всему "виной" отец, который был холодным, не обращал на меня никакого внимания, я росла для него как трава в поле. Я училась на отлично, закончила универ с красным дипломом, а его любовь я так и не смогла получить.
Руслан смотрел на меня не с жалостью — с уважением. С не показной теплотой.