Здоровяк растерялся и бросился собирать рассыпавшиеся монеты. Одна закатилась в щель между кирпичами, другая звякнула, ударившись о трубу. Пока он, ругаясь, ползал на коленях, я уже спускался по шаткой лестнице.
— Эй! Это же мелочь! — послышался его голос, — Ты же…Ты что творишь, УРОД⁈
Его голос сорвался, когда я опрокинул лестницу, и она с грохотом рухнула во двор.
— Ты сволочь! Я тебя найду, слышишь! Я тебя найду!
Я помахал ему рукой.
— Выздоравливайте там, с сестрёнкой!
Сверху донёсся грохот — похоже, Джеки попытался кинуть в меня кирпич, но попал в стену. Посмеиваясь, я снял с лица полумаску, вышел из проулка на улицу и смешался с толпой.
Золото в кошельке весело позвякивало в такт моим шагам.
Глава 18
Спокойная жизнь?
Воздух в лавке «Фактум», уже двадцать лет работающей на Железной улице и принадлежащей достопочтенному книжнику Диорану Вальдо, был тяжёлым от запаха старой кожи, чернил и воска, которым вышеупомянутый книжник полировал дубовые полки.
Солнечный свет, пробиваясь сквозь щели в ставнях, выхватил из полумрака развороченный шкаф — петли вырваны, будто их скрутил не человек, а разъяренный дух металла.
— Четыре книги… — пробормотал достопочтенный Диоран, сжимая в пальцах пергамент с перечнем, — «Руническая алхимия», «Камни и трещины», «Основы манипуляций»… и ферракский «Трактат о деформации»!
Последнее название он выкрикнул так яростно, что с верхней полки посыпались пыльные свитки.
— Проклятые воры! Умыкнуть такую дешмань — и вместе с ней дорогущий труд! Вот, что случается, когда люди не умеют читать! Наверняка это по наводке Пареса кто-то вломился! Наверняка! Этот ублюдочный полуэльф давно зарился на «Трактат»!
Диоран ворчал весь день — с момента, когда вернулся домой со дня рождения дочери и узнал, что его лавку ограбили!
Да как! Со взломом!
Продолжая ворчать, книжник ещё раз проверил шкаф, и позвал старого слугу.
— Марк!
— Да, хозяин?
— Вызови плотника, пусть поставит дверцу шкафа на место. И заднюю дверь пускай починят! Спать и ждать, что нас снова обнесут, я не намерен!
— Разумеется, хозяин, я уже сделал это. Плотник прибудет сегодня до сумерек.
Поднявшись на второй этаж, книжник зашёл к себе в кабинет, посмотрел на половицу тайника под столом, и его губы дрогнули в ухмылке.
— Безмозглые идиоты! Думали, нашли сокровище?
Диоран подошёл к камину и провёл пальцем по резной панели над очагом. Раздался щелчок, и из ниши выдвинулся потайной ящик, доверху набитый золотом и серебром.
Тут было куда больше трёх золотых, украденных воришками — раз так в двадцать.
— Подавитесь, сволочи! — фыркнул книжник, проводя пальцами по своему богатству, — И радуйтесь, что вас пока не поймали! Надеюсь, до этого момента вы напьётесь дешёвым вином и свернёте себе шеи в какой-нибудь канаве!
Диоран Вальдо не был злым человеком, однако одного он никак терпеть не мог — грубого отношения к книгам. И их воровство он приравнивал (про себя, разумеется), к жестокому убийству.
Где-то на первом этаже заскулил Рвач. Книжник нахмурился, оторвался от тайника с монетами, закрыл его, и спустился в лавку, где лежал дог.
— Что с тобой, глупыш? — спросил книжник своего верного пса, — Неужто до сих пор от зелья отходишь? Проклятые ублюдки чуть не отравили тебя!
Пёс не откликнулся. Вместо этого он снова заскулил и уставился на дверь — и через мгновение раздался резкий стук.