Надо рвать когти!
Но в этот момент один из повязавших Джеки стражников заметил мой фокус — и вскочил на ноги…
— Зажмурься! — рявкнул я, не думая, что этот болван успеет сообразить, что делать.
Но к его чести, здоровяк, всё ещё боровшийся с последним служителем правопорядка, мгновенно исполнил мой приказ и уткнулся лицом в рукав.
Я взмахнул второй рукой, рассыпая второй мешочек с перцовой пылью прямо в лица двух оставшихся стражников. Эффект повторился — оглушительный рёв, слёзы и беспомощное размахивание руками.
Этого хватило.
Джеки, воспользовавшись замешательством, пнул по ногам ближайшего ослепшего стражника. Тот грохнулся на камни, захлебываясь проклятиями и кашлем. Ещё удар — и на землю летит второй!
Мой взгляд упал на блеснувший на мостовой предмет — ключ! Выпал из руки одного из стражников!
Я не раздумывая подхватил его и воткнул его в замочную скважину наручников, защёлкнутых на запястьях Джеки. Поворот, тихий щелчок — и стальные браслеты разомкнулись.
— Валим! — прошипел я, отшвыривая наручники в сторону.
Мы рванули вперёд, оставляя за спиной ревущих (скорее от обиды, чем от боли) стражников и сбивая с ног зазевавшегося торговца сушёными кальмарами, проезжавшего мимо проулка.
За спиной стоял оглушительные крики ослеплённых стражников и пары каких-то горожан, которые пытались поднять их и одновременно кричали что-то неприятное нам вдогонку. Но их голоса быстро растворились в гомоне улиц, в лабиринте узких, вонючих переулков Вороньего Гнезда.
Мы неслись вперёд, ныряли под низкие арки, продирались через завалы хлама, перепрыгивали через спящих пьяниц, пока одышка не начала жечь лёгкие, а сердце не стало колотиться как бешеное.
Наконец, в каком-то глухом тупике, заваленном пустыми бочками, мы остановились, прислонившись к стенам и жадно глотая воздух. Сзади не было слышно ни топота, ни криков.
Фух, кажется, пронесло!
Я выдохнул с облегчением, и повернулся к Джеки.
— Я тебя уже второй ра…
Даже моргнуть не успел, как здоровенный кулачище со всей дури врезался мне в челюсть!
Удар был сокрушительным. Мир на мгновение погас, потом вспыхнул белыми искрами. Я отлетел на пару шагов, ударился спиной о кирпичную стену и осел на землю, в кучу какого-то мусора. В ушах зазвенело, изо рта потекла солоноватая кровь.
— Ты что, гандар, обалдел⁈ — просипел я, тряся головой и с трудом фокусируя взгляд.
Джеки шёл ко мне, и я тут же вскочил на ноги, приняв боевую стойку. Пальцы сжались в кулаки — я был готов пробить голову этому тупому быку и вырвать ему глотку!
Но Джеки не кинулся на меня. Вместо этого он остановился в паре шагов и… усмехнулся. Широкая, глупая улыбка растянулась на его лице — а потом он протянул мне руку, широченную, как лопата.
— Это было за тот обман с монетами, — пояснил он, как ни в чём не бывало, — Теперь между нами всё ровно.
Я с опаской посмотрел на его ладонь, потом на лицо. Злость потихоньку отступала, уступая место лёгкому недоумению.
— Нифига не ровно! — я пожал руку, а другой вытер окровавленный рот рукавом рубахи, — Я тебя от стражи дважды спас! А обманул с монетами — один раз. Так что теперь я тебе задолжал один удар по морде. Понял?
Джеки фыркнул, но в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения.
— Ладно, ладно, — легко согласился он, — Сочтёмся.
Я кивнул.
— И что теперь?
— Теперь? — он на секунду задумался, — Найдётся у тебя пара медяков?