— Не сомневаюсь. — вздохнул я. — Я не из этих маньяков, не бойся. Тот, кто издевался над тобой, лежит вон там, за ширмой. Недолго ему осталось.
Доверие в глазах девушки появилось не сразу. Она дрожала всем телом, прикрываясь простынёй, и смотрела на меня так, будто пытается просверлить взглядом.
Но я не причинял ей вреда и не уходил, так что, спустя пару минут, она успокоилась.
— М… Можно мне одеться? — робко спросила она, кивая на лежащую рядом пижаму и всё ещё недоверительно смотря на меня.
Я молча кивнул и вышел за ширму. Деваться ей отсюда всё равно некуда. Девушка начала молча шуршать одеждой. Зато заговорил Мегорский, в поле зрения которого я оказался:
— Вольнов⁈ Ты⁈ — ошарашенно воскликнул граф, наконец сумев разглядеть в тусклом свете моё лицо. — Ты пришёл за мной?..
— Много чести. — безразлично бросил я. Даже если изначально я шёл именно за ним, графу об этом знать не обязательно. — Но так уж и быть, захвачу и тебя за компанию.
Мегорский, похоже, ничуть не удивился выбранному мной тону. Всё-таки память о том, как он вторгся в моё поместье и держал нас с сестрой в подвале, никуда не делась.
— Постой… — хрипло выдохнул граф. — Для начала, я хочу извиниться перед тобой, барон. И перед всем твоим Родом. Я… Потерял всякие границы… И предательство собственных людей… дважды предательство, стало справедливым наказанием для меня.
Закончив свою речь, граф молча уставился на меня, ожидая реакции.
Его речь меня не впечатлила. Смешно слышать извинения после того, как он пытался уничтожить Род Вольновых. Такое не искупается обычным «Извини».
Я безразлично посмотрел на Мегорского, ничего не сказав. Он и сам понимает, что я о нём думаю.
В кабинете ненадолго повисла тишина. Граф явно колебался, не уверенный, что случиться дальше, а я размышлял.
Зачем мне вообще с ним возиться? Я ведь прибыл в город с одной целью — укрепить ментальный контроль над Мегорским и заставить его исполнять мою волю.
Подчинить и заставить, а не договариваться и выслушивать извинения. С тем, кто всю свою жизнь давил всех, кого мог, церемониться нельзя. Дашь слабину — мигом ударит в спину.
А энергии, чтобы хоть как-то защититься, у него здесь нет…
Нет, этого делать не стоит. Я уже точно знаю, что Триумвират использует Айлин, залезая с её помощью в мозги своих людей. А по-настоящему невидимую для других «закладку» я в нынешнем состоянии оставить не смогу.
Стоит им хоть ненадолго получить доступ к Мегорскому — и меня тут же раскроют, причём, гарантированно. Одно дело лёгкие и постепенные изменения в мышлении, которые я заложил в него в поместье… И совсем другое — прямое подчинение. Прямые приказы. Хоть граф и заслужил это, но подчинить его сейчас — верх недальновидности.
К тому же, я не увидел в его извинениях никакой фальши. Похоже, моя ментальная «программа» заставила его крепко задуматься о том, как он живёт. И в историю с предательством бойцов граф поверил. Всё сложилось как нельзя кстати.
Для меня. На интересы самого графа мне плевать, как ему было плевать на интересы тех, кого он завоёвывал.
Но вот того, что его хозяева так молниеносно решат избавиться от своей пешки, удивляет даже меня. Они, похоже, сразу посчитали Мегорского отработавшим своё.
Впрочем, если на вершине этой пирамиды стоит Триумвират… Такие решения в их духе. А значит им ничего не будет стоить тайно проникнуть и ему в голову.
Нет, ментальный контроль ни к чему. А вот указать на его место нужно.
— Я тебя услышал, граф. — наконец нарушил я затянувшуюся тишину. — До тех пор, пока мы отсюда не выберемся, ты выполняешь мои приказы. Ну а потом… Ты и сам всё понимаешь. Просто не делай глупостей.
Граф задумчиво кивнул.
Думаю, то, что я сумел проникнуть даже в логово врага, должно достаточно его убедить. Граф действительно смотрел на меня напряжённо.
Я уловил обрывки его «громких» мыслей. Он опасается меня. А потому не забудет и о долге жизни.
Доктор тем временем заворочался, явно собираясь вскоре прийти в себя. Я нажал небольшой рычаг сбоку от ложемента графа, защёлки разомкнулись, и он неловко спрыгнул на пол.
Я протянул Мегорскому тонкий длинный скальпель и сказал:
— С этим Доктором разберись сам. Знаю, ты хочешь.