— Не надо на вы, — встрял бородач. — Да мы ж не люди даже.
Однако во взгляде проскользнула благодарность. Я украдкой улыбнулась.
— Хорошо, значит на ты. Но тыкать пальцем всё равно не вежливо. — Я с укором посмотрела на Марика. — И давай всё-таки не будем мешать людям… в смысле, нечисти, думать. И, на всякий случай: Злыдень и Страхолюдина точно не вариант.
— Почему? — удивился парень.
Я покачала головой.
— Ну ты сам подумай. Тебе самому приятно было бы, если бы тебя называли Злыднем?
Марик озадаченно почесал грязный затылок.
— Мне – нет. Но они ж нечисть…
На это я только глаза закатила. Нечисть-не нечисть, а доброе слово и кошке приятно. И оскорблять своих домочадцев я не позволю.
Кинув на Марика выразительный взгляд, я повернулась к пока безымянной парочке.
— Предлагаю вам подумать до вечера. Если ничего не придёт в голову, попытаемся решить вместе.
Я развернулась, собираясь пойти в кладовую за молоком. Но меня остановил голос тонкой нечисти:
— А ты бы как назвала нас, хозяюшка?
Я пожала плечами.
— Мне, в целом всё равно, как вас будут звать. Хоть Биба и Боба. Главное – чтобы я могла вас различать.
— Биба… — благоговейно прошептала нечисть. — Это… так утончённо звучит.
— А я тогда Боба, — подтвердил бородач. — Звучит солидно. Мне нравится.
Этого ещё не хватало!
17-3
Я нервно хихикнула. Я ведь просто для примера назвала эти имена. А они…
— Может, всё-таки подумаете до вечера? — осторожно предложила я. — выберете что-то другое?
— Ну уж нет! — возмутилась тощая. — Ты сказала, можно выбирать всё, что захочется. Мне нравится Биба!
Бородач веско кивнул. А я… не стала я с ними спорить. Ну Биба и Биба, подумаешь. Главное их теперь не перепутать с Бобой.
Ещё раз хихикнув, я всё-таки пошла в кладовую за молоком. В конце концов, мои новые помощники исправно выполняли свои обязательства. Пришло время и мне выполнить свои.
Первым делом я попросила нечисть разогреть угли, на которых они готовили кашу. А пока новый костерок разгорался, осторожно сняла сметану – пригодится.
И задумалась. Варить творог в горшке мне пока не приходилось. С другой стороны, и кашу я до недавнего времени варила только в кастрюлях. И ничего, получилось же.
И всё же…
— Мне нужен котелок, — попросила я, когда в кухню заглянула Биба. — Или кастрюлька, хотя бы литра на три. Вы, случайно не видели?..
— А как же, видели! — засуетилась она. — Видели, хозяюшка!!! С кухни-то всё растащили, окаянные, а домик-то припрятал. Там и котелки, и кастрюльки – самых разных размеров.
Я вспомнила, как старательно сыроварня скрывала вход в кладовую, и внутренне усмехнулась. Видимо, именно по этой причине первый этаж выглядел так, словно тут всё растащили на сувениры, а второй совершенно не пострадал. Хотя, казалось бы, именно там находилось всё самое ценное.