— Расскажешь, за какое зелье тебя разыскивают? Мне просто интересно, зачем такому дарованию, как ты, опускаться до варки запретных отваров? — спросил наставник.
Предшественник явно не блистал талантом. Его дар был очень слаб, и сейчас я работал только за счёт знаний, полученных в прошлой жизни.
Кстати, умер я от банальной старости. Но перед этим приготовил эликсир, чтобы переродиться младенцем. Но что-то пошло не так. Я оказался в другом мире и в другом теле…
Теперь уже ничего не изменить, а поэтому я подстраиваюсь к новой жизни. Судя по вводным, она будет не менее интересна, чем предыдущая.
— Разыскивают меня за создание зелья невидимости. Как вы знаете, любые меняющие облик зелья запрещены законом, — ответил я, не собираясь утаивать правду.
Ещё не все воспоминания предыдущего Ярослава Нестерова уложились в моей голове. Но самые яркие факты о нём я знал хорошо.
— Зачем вы тогда его сделали? — удивлённо протянул Митрофан Игнатьевич.
У предшественника было много грехов… Он очень любил деньги. И был готов ради них на все. Даже работать на не самых честных людей вроде графа Багранцева.
— Хотел больших денег, — я слегка слукавил. — Но сейчас понимаю, какую ошибку совершил. Жаль, что уже ничего не вернуть. Моё раскаяние не отменит указа Его Величества о смертной казни.
— Но всегда можно скрыться, — наставник потряс опустевшей склянкой.
— Можно, — кивнул я. — Но это буду уже не я.
Не говоря уже о том, что придётся пить запрещённые эликсиры до конца своих дней. Хотя, учитывая из чего они делаются, у меня очень быстро откажут печень и почки. Эти органы играют главную роль в фильтрации крови и выведении токсинов. Но если токсины будут попадать в организм регулярно, то я однажды загнусь от цирроза печени и хронической почечной недостаточности. А чтобы замедлить поражение этих органов, придётся пить другие зелья. И это запустит порочный круг.
Мой предшественник уже баловался одурманивающими зельями. Даже экспериментировал, создавая новые. Одно из таких его и убило.
— Понимаю тебя, Ярослав, — печально вздохнул наставник. — Отец мой, когда был ещё жив, хотел меня в одинокую хижину перевезти посредь леса. Но я отказался. Научился управлять тем, что живёт внутри меня, и остался среди людей.
В этом плане мы с наставником были похожи. Оба хотели остаться среди людей и успешно обосновались в Янтарном Ключе. Но если его жители узнают правду, то сами же без зазрения совести отправят нас на эшафот.
Ни у меня, ни у Митрофана Игнатьевича не было близких, которые могли бы этому воспрепятствовать. Впрочем, когда жива надежда, не стоит думать о плохом. Выкарабкаемся как-нибудь!
Внезапно в дверь постучали, и наставник поспешил открыть.
— Митрофан Игнатьевич! — воскликнула молодая девушка в простом коричневом платье. — Отец мой помирает, а лекарь уехал из города. Поможете?
Столько мольбы было в её словах, столько боли. Как тут можно отказать?
— Поможем, Настя! — уверенно кивнул Митрофан Игнатьевич и повернулся ко мне. — Ярослав, собирайся. Закроемся сегодня пораньше. И комплект первой помощи возьми!
— Уже иду, — отозвался я.
Настои и мази для первой помощи наставник держал в саквояже, который я и прихватил с собой.
Девушка приехала на повозке. Я сел на козлы к кучеру, Митрофан Игнатьевич устроился рядом со своей знакомой. Судя по беседе, он хорошо знал эту семью.
За десять минут повозка привезла нас к небольшому деревянному срубу. Во дворе играли дети. В стороне у небольшой будки чёрный пёс лаял на нас, натягивая цепь.
— Отца с самого утра тошнит. Так живот болит, что встать не может, — перечисляла Анастасия симптомы, пока мы шли к больному.
Вот мы очутились внутри. Своего рода прихожая была отделена занавеской от остального помещения. Девушка отодвинула её, и мы прошли в просторную комнату. Я заметил большой дубовый стол у окошка с несколькими стульями. В центре большая белая печь.
Чуть дальше, у второго окна на кровати лежал старик. Весь бледный. На лбу блестели капли пота. Судя по внешнему виду, жить ему осталось недолго. Оказать ему помощь нужно в срочном порядке — потом уже будет поздно. А если учесть, в каком недоумении смотрел на него Митрофан Игнатьевич, решать проблему придётся мне. Мой наставник — опытный человек, но он не всегда может вытащить пациента, который уже одной ногой в могиле.
Что ж, похоже, настало время себя проявить! Посмотрим, смогу ли я решить проблему с помощью своей магии.
Внезапно старик вздрогнул, открыл глаза, которые тут же расширились от ужаса. Он указал на меня дрожащим пальцем, а затем прохрипел:
— Ты… ты чудовище! Пришёл в наш мир, чтобы всех нас убить!