Он протянул свою руку, показывая просвечивающие сквозь кожу на запястье чёрные звезды. Я осторожно потрогала их. От них исходила мелкая-мелкая вибрация, пугающая и завораживающая.
— Точнее у тебя, — Трой улыбнулся. — Я же на твоей стороне.
По спине пробежала волна мурашек, я наконец-то села, прикрывая грудь одеялом.
— Пусть эта игра не нравится нам обоим, но она — единственный шанс, — он поднёс кольцо к моей руке. — Станешь моей императрицей?
Как глупо звучал этот вопрос, я едва проглотила смешок.
— Если войска Гомера действительно здесь… шансов у нас нет. Закроем мы сектор и попадём в лапы имперцев, — рассуждала я, сделав вид, что не услышала вопроса.
— А так у нас есть шанс всё в новой Империи построить по-своему. Просто войска Гомера не единственная проблема, — Трой всё ещё держал кольцо на расстоянии от моего пальца. — Вега — не рай, на планете много проблем, которые мы решим с помощью Гомера. У нас будет дом, Принс. В этом доме будет комфортно. Как говорят, не можешь уничтожить, возглавь…
— А ты считаешь, что в состоянии это возглавить? — спросила я.
Трой замер, сглотнул слюну. Отпустил мою руку. Кольцо стало от меня дальше, и в груди нетерпеливо заныло.
Конь в дальнем углу комнаты издал заунывный писк. Звучало будто «вы задолбали, заканчивайте этот фарс».
— А разве у меня есть выбор? — напряженно произнёс Трой. — Думаю, что стоит увидеть, что за люди стоят за Гомером.
— Поняла, — негромко сказала я. — Надень мне уже кольцо, вон даже Конь уже скулит.
Трой и не шелохнулся, но на его губах заиграла улыбка.
— Да на твоей я стороне, — сказала я и осторожно положила руку ему на колено. — Только какая из меня императрица?
— Вот и узнаем, — наконец согретый теплом ладони Троя ободок оказался на моём пальце. — Только не делай так больше… Мне было…
Я потрогала кольцо, осязая камушки, и радовалась, как ребёнок. Оно на месте. Там, где и должно быть.
— Больно… я знаю. И мне тоже, — я мягко поцеловала Троя в щеку. — Я больше так никогда не поступлю… Вчера мне, а не Алисии, нужно было получить дозу парализатора. Ещё в тот момент, как я спустилась с аппарели. Как Алисия, кстати?
— Спит, наверное… — он кивнул на дверь и принялся что-то искать в шкафу. — Скоро уже выйдет… Так. Сходи в душ и потом надень вот это.
— Она спит в комнате Матео!? — прыснула я.
— Да, — без тени сомнений ответил Трой. — Он надёжный, и вряд ли её обидит.
— Н-ну… обидит-то вряд ли, — пробормотала я. — А так ведь Матео знатный ловелас. Невозможно подсчитать, сколько женщин у него было. Любил-то он, наверное, только Кали, но перетрахал всё симпатичное, что попадалось под руку.
Трой несколько секунд глядел на дверь комнаты Матео, потом перевёл взгляд на меня и бросил прозрачный пакет с одеждой.
— Всё симпатичное, кроме меня… мы всегда были друзьями, — ответила на негласный вопрос я. — Ну а Вараха с ним не ладит.
Даже не потрудившись рассмотреть пакет с одеждой, я спросила:
— Покажешь мне, где здесь душ? И, может, сходишь со мною?
Я смотрела в его глаза и видела, как сосредоточённый взгляд помутнел от разыгравшегося воображения. Без слов он потянул меня в душевую, и я даже не успела её разглядеть, а он уже сгрёб меня в объятия. Я прикрыла веки. Трой долго целовал шею, плечи, за ухом. Гладил по обнажённой спине, мягко водя пальцами вдоль позвоночника. Я ощутила его лёгкую дрожь.
— Я так рад, что ты всё поняла, что согласилась, — прошептал Трой. — Мне бы очень хотелось сделать так, как тебе бы хотелось…
Я вдруг подумала, что вчера накинулась на него с криками «предатель!». Билась за старое. За принципы. Жизнь в очередной раз дала мне по морде. И я, как обычно, бесилась, упиваясь собственным бешенством, напитывалась им, становясь злее и бескомпромисснее.
А можно же было взглянуть иначе. Вот, он мой Трой — не всемогущий, но любит меня. Предлагает то, что есть. Он и так уже сделал больше других. Начнём с того, что он меня столько раз уже не бросил. Столько раз помог. Сейчас он один в чертовой клоаке с Гомером. А я могу быть с ним. Вместе мы переживем всё. Рука об руку. Я помогу ему. Быть может, у нас будет шанс сделать всё по-нашему.
— Спасибо, — прошептала я. — Я знаю, что ты делаешь всё, что можешь.