— Ну, тот, кто будет исполнять его обязанности…
— А не проще ли сразу дать полномочия тому, кто не пропадет надолго?
— А… с чего… он должен пропадать надолго? — нервы натянулись до боли, и каждое слово дергало их, вызывая протяжное нытьё в сердце.
— Возможно, он даже оттуда не выберется, — сказал Альдо. — Мы ничего не знаем наверняка.
Под столом снова началась возня, будто наши сороконожки там кувыркались.
Красотка вылезла и поглядела на меня с испугом. От слов Альдо я словно обледенела, перестала дышать.
Конечно, я понимала, что Трой может не вернуться. Что я могу его потерять. Но слышать это со стороны оказалось ещё больнее. Моя питомица подползла и положила мне чёрную голову с огромным желтым глазом на колени. Передней лапой легонько провела по моей руке. Странное было ощущение. Липкие мурашки крадучись ползли по спине. При этом в жесте Красотки читалась поддержка. Кажется, она лучше всех понимала моё состояние.
Я погладила её по голове, а Мира, поджав плечи и приложив ладонь ко рту, будто собиралась стошнить, встала с кресла и отошла к Сантьяго. Тот цокнул языком.
Трой тер лоб костяшкой указательного пальца. Волновался. Но ничего не возражал. Я внимательно смотрела на него. Просто проткнула взглядом. Ах. Вот как. Возомнил себя, траханные звёзды, действительно мессией. Овцой на заклание. Бекнуть только не хватает для полного счастья.
Трой нахмурился, посмотрел на меня с обидой.
«Читаешь мои мысли? Да? Я же просила не лезть в мою голову!»
«Я плохо это контролирую».
«А хочешь, я тебе помогу!»
Я тут же представила, как кусаю ему губы в требовательном поцелуе, наши языки возбуждающе скользят друг по другу.
«При-инс…»
Сладость образа окатила меня жаром, но я продолжила. Вообразила, как медленно становлюсь на колени перед Троем. Как блестят мои влажные губы, и я касаюсь ими его живота, влажной дорожкой спускаюсь к паху, зубами отодвигаю резинку трусов…
Раздался скрип железного кресла, выбивая меня из сладкой грёзы. Это Трой откинулся на спинку, развел ноги шире. Покраснел моментально.
«Это важное совещание», — мысленно ответил он.
Конечно, важнее некуда. Я не ответила, просто представила, как обвела языком чувствительную головку. И услышала стон. Уже в реальности.
— Принс, перестань! — выпалил Трой вслух.
— А ты сам не лезь, — я пожала плечами под удивленные взгляды остальных.
— Вы там по своей связи визитантес порно-картинками обмениваетесь? — засмеялась Вараха. — Может, вернёмся к совещанию? А у вас вся ночь впереди.
Только ночь. Всего лишь ночь, возможно. Я тут же пожалела, что сижу от Троя далеко, захотелось вцепиться в него посильнее и сказать, что никуда он не полетит. Никому не отдам мой маленький кусочек рая. Но… Так нельзя. Чего стоит моё маленькое желание против жизни многих людей… Может, Трой закроет сектор. Может, это спасёт нас от гнева Императора.
А я… мои маленькие желания.
— Да… простите, давайте оставим Санти за главного. Пусть голосуют завтра за Санти. Он точно свой, хотя и имперское ему не чуждо, — сказав это, я прикусила губу, придумав вдруг глупость, что я буду сидеть рядом с этим пунктом управления и дни, и ночи. Будет моя вечная вахта.
Буду сидеть и ждать, пока Трой выйдет. А если он погибнет, то погибнуть вместе с ним. Такая идея казалась мне наименее болезненной из всех.
Арес пялился на меня так пристально, что я кивнула ему.
— Мы считаем, что лучшей кандидатурой на роль команданте будешь ты, Принс, — сказал он.
Мне стало сложнее дышать. Как это так? Что вообще это значит?
— Нет, это исключено, — я снова погладила Красотку по гладкой хитиновой спинке, вглядывалась в переливы фиолетового на её поверхности. — Я полечу с Троем. Сантьяго прекрасно справится!