У меня в голове мелькнуло шипение. Шоу-Шоу-Шоу. Я резко глянула на робота. Он не шипел. Кто это, траханные звезды, шипел? Только сороконожек-пришельцев здесь не хватало! Из вороха стремительных мыслей меня вывел щелчок бластера.
Алисия выстрелила ещё раз. Я обернулась и увидела, что у неё под ногами лежит тело. Она сама стоит, крупно дрожа. Крепко сжимает бластер, и его излучатель тоже дрожит вместе с ней.
— Тише, — прошептала я и смогла наконец встать. Было почти не больно.
Я собиралась подойти к Алисии, успокоить её.
— Быстро легла! — снова крикнула она, целясь в меня этим трясущимся бластером. — Матео сказал, что ты должна лежать! Я не хочу подвести его…
— Ах вот в чём дело… Тебе Матео нравится? — спросила я, прижимаясь к стене, притворяясь, что готовлюсь снова прилечь.
— Нра… — она сказала это и её голос задрожал, она опустила взгляд на труп, видимо, поняв, что только что убила человека.
— Это хорошо, Матео замечательный, — продолжила я. — Только я уже неплохо себя чувствую, да и лежать мне нельзя. Эти парни пришли, могут прийти другие… Понимаешь? Нам надо убраться отсюда.
Я очень медленно подошла к ней. Боль легонько отдавала в спину при каждом моём шаге. Но как будто всё меньше.
— Понимаю, — Алисия опустила бластер, я увидела, что на её щеках блестят слёзы.
Оказавшись рядом с ней, я осторожно потрогала её за плечи.
— Ты такая молодец, — я бережно приобняла Алисию, ощущая, как её дрожь сходит на нет. — Я Матео расскажу, что ты нас спасла. Но нам нужно уйти отсюда… Эти парни пришли через технический коридор, значит, нужно выйти в жилой.
Говоря это, я ощутила какой-то странный холодок. Сначала он прошёлся по спине, а потом моя татуировка словно опалила запястье огнём. Я процедила тихий стон между губ.
— Пойдём, — я подтолкнула Алисию к выходу из дыры, видимо, проделанной взрывом, в жилой коридор.
Что здесь вообще происходило, пока я была в отключке? В жилом коридоре загорелось обычное освещение, стало светло, и я хорошо могла рассмотреть лицо Алисии. Испуганное. Заплаканное. И я крепко прижала её к себе, не обращая внимание на сопротивление.
Трой
Сумев сосредоточиться, перед лицом я увидел ноги в дорогих синевато-бирюзовых брюках. Такую безвкусицу мог надеть только один человек. Гомер.
Я ощутил на себе чьи-то руки. Заметил нескольких охранников. Меня перевернули и обыскали. А Гомер стоял рядом и смотрел. Я не мог поднять голову, чтобы взглянуть ему в глаза.
— О… вот и пропажа, — послышался довольный голос, от которого вдоль хребта словно проползли мерзкие слизни, Гомер наклонился ко мне. — Нельзя воровать мои вещи, Трой. А где флешка?
Если бы я мог улыбнуться, я бы улыбнулся. Мне понравилось, как исказилось лицо Гомера. Он понимал, что я сделал. Я успел передать проект по Глизе Аресу, там было много интересного. Например, схема работы того самого рая, а еще результаты исследований Гомера, когда он убил несколько тысяч человек. Якобы произошла авария на станции. Подобную той он запланировал на Альфа Центавра, только масштабнее. Очень надеюсь, что Арес сделает правильные выводы.
Гомер тоже улыбнулся. Ласково. Как улыбаются малым детям, да вот только на дне его глаз плескалась едкая, как кислота, насмешка. Мол, ничего у тебя не выйдет.
— Мистер Лякриян, — сказал Гомер, включив коммуникатор. — Рад, что вы живы. Я не успел добраться до приемного зала. Как обстановка?
На некоторое время он замолчал, слушая ответ. А глазами всё косился на меня. Я ощущал липкий страх, но где-то очень глубоко внутри. Меня всё тянуло в пропасть небытия. А я сопротивлялся. Мне помогало тепло, вновь возникшее в браслете. Я цеплялся за него. За образ Принс, маячащий перед глазами. Только сил воспользоваться связью визитантес и узнать, как у неё дела, у меня не было. Как они там с Алисией?
— Станция освобождена… Говорите, на подмогу вашим кораблям прибыли пираты Линдроуза? Наши союзники оказались весьма полезны.
Голос Гомера сквозил радостью. Неужели Арес не посмотрел данные? Не успел. Или успел, но и так всё знал. От этой мысли меня бросило в темноту, и я едва выкарабкался, уцепившись взглядом за рот Гомера, который вдруг исказился в гневной гримасе.
— Как это больше не мои союзники? Что вы имеете в виду?
В этот раз из его тона стёрлась вся ласка, обратившись дрожащим гневом. Какую радость я испытал от этого. Арес… не маньяк!
— Арес, вы серьёзно? Это же я всё организовал… Без меня и моих кораблей…
Впервые я слышал, как Гомер тараторил. Спешно подбирал слова. Злился. И злость эта текла в его голосе, совершенно не прикрытая его показным благодушием и спокойствием.
— Вы не построите новый дом без жертв… Разве великие города Земли не стоят на костях рабов? Будьте умнее, Арес.