– А что в этом плохого? – рассмеялся он, но опять помрачнел. – Нет, в самом деле. Как мы отсюда выберемся, если даже полное отключение не сработало? Взрыва-то не было! Никакого луча, никакой катастрофы… В общем, застряли. Можешь есть сколько влезет.
Отчасти Мариана понимала, что творится в душе Картера. Ей и самой довелось испытать подобное, когда Шэй уехала на две недели в пустыню и не вернулась. В первые дни тревожного ожидания Марианой овладела какая-то лихорадочная собранность – похожая на поведение Картера в начале их знакомства. А когда долгие недели поисков не увенчались успехом, на смену пришло чувство обреченности, осознание того, что случилось непоправимое.
– Хорошо, послушай… – начала она, сама не зная еще, как его ободрить.
Отключение ускорителя казалось наиболее логичным способом, которым можно было бы устранить первопричину. А помимо того… В голове возникали только вопросы, и ни один из них не казался верным.
– Да не знаю я, черт побери! – вырвалось у нее. – Если бы меня спросили о мозге… а в ускорителях я не разбираюсь.
– Вот видишь? Плохи наши дела.
Картер жестом пригласил Мариану к столу, указывая на сосиски в подливе:
– Ты лучше перекуси.
– Я вегетарианка.
– А тут и овощное есть, – ухмыльнулся он, открывая коробку. – Пирог с грибами и шпинатом. Пальчики оближешь.
– Да не надо, я просто попью, – отмахнулась Мариана и глотнула подстывшего кофе. – Я и тебе принесла.
– Спасибо.
Картер взял стаканчик и отпил. Губы его невольно скривились.
– Что?
– Вообще-то, я чай больше люблю. Он не такой насыщенный.
Сделав еще глоток, Картер пожал плечами:
– Но ведь пью же! Видишь? Еда нас объединяет. Попробуй.
– Я не голодна. Утром выпила коктейль.
– Тебе опять объяснить, в чем разница между едой и питанием? – усмехнулся он.
– Ладно, перекушу, – согласилась Мариана и присела. – Но потом устроим мозговой штурм. Эйдетику пустим в ход. Вернемся к самому началу.
Прошло десять минут. К удивлению Марианы, Картер за это время успел не только разделаться с завтраком, но и ответить на все ее вопросы, причем с такими подробностями, которые могли сохраниться только в его уникальной памяти.
– То место в наблюдательной кабине я прекрасно помню. Именно там я попал под выброс энергии в первый раз. Потом несколько повторов приходил и наблюдал со стороны, куда ударит луч. Каждый раз он бил в одну и ту же точку. Я все записывал, – указал он на стопку блокнотов на углу стола. – Записи не сохранились, конечно. Но место как сейчас помню.
– Хорошо. Энергия играет немаловажную роль. Это и Беккет заметил. Из-за нее возникло нарушение в структурной устойчивости. На мониторах была информация, что повреждена одна из стоек… Может быть, знаешь, как получить доступ к чертежам?
– Подожди-ка!
Картер вскочил и принес мобильное устройство.
– Дэвид, ты не спишь?
– Здравствуй, Картер. Работу прогуливаешь? – В металлическом голосе сквозило раздражение.
– Не прогуливаю, а работаю удаленно.
– Он всегда такой? – прошептала Мариана. – Я своего отключила, когда была на экскурсии.
– Твой ассистент – простой гид. У посетителей и сотрудников разные версии. Мой Дэвид мне во всем помогает. И чем дольше я с ним работаю, тем сильнее проявляется его личность. По-моему, он так запрограммирован. Дэвид! У тебя есть чертежи комплекса?