- Я.
- А ну, поди сюда.
Вошел Коська в комнату и сразу увидел: сидит на его ящиках давешняя девчонка. Шапку она сняла, шубейку сняла, в одном сером свитере сидит. Веселая такая, смеется, ногами болтает.
А Коське не смешно. Стал Коська у порога, шапку снял.
Дядя Костя говорит:
- Вот это, Наташа, он самый и есть, о котором я тебе писал и рассказывал. Знакомься, Костя. Это моя дочь Наташа.
А девчонка ногами болтает, смеется и говорит:
- Ха! Да мы уже знакомы.
- Как так? Где вы успели?
- Представь себе, успели.
Коська голову чуть-чуть поднял, на Наташу взглянул, потом на портрет посмотрел: "Так и есть. Она самая".
Вздохнул Коська. Шапку в руках потискал и говорит:
- Так я пойду, дядя Костя.
- Куда пойдешь? За керосином? Успеешь.
- Нет... я вообще...
- Куда это вообще?
- Одним словом... я ведь теперь у вас лишний буду.
Рассердился дядя Костя. Никогда его таким Коська не видел. Как начнет ходить по комнате. Как начнет кричать.
- Ты что же это, - говорит, - свою сестренку хочешь бросить?! И не стыдно тебе? Она из Питера ехала, думала, у нее братишка есть, а он - вон он какой!
Стоит Коська, с ноги на ногу переминается, в руках шапку тискает, не знает, что и сказать. Только губами чего-то шепчет.
А Наташа с ящика соскочила, к нему подошла, говорит:
- Дай руку!
Дал Коська руку.
- В сестры меня возьмешь?
Засмеялся Коська. Носом зашмыгал. Засопел.
- Я-то, - говорит, - возьму. Пожалуйста. А ты меня в браты возьмешь?
- Возьму.
- Ну, и кончено, - говорит дядя Костя. - А теперь айда - вместе за керосином!..
Оделись ребята, побежали в лавку за керосином. До угла добежали, Коська и говорит:
- Погоди, Наташа, мне тебе одну вещь надо сказать.