Алиса замерла у деревянной стены, безошибочно нашла два смотровых отверстия и с жадным интересом припала к ним, затаив дыхание…
— Она там, — прошептала ведьмочка. — Ваза… или джинн. Прямо за этой стеной, — непроизвольно погладила она пыльную, шершавую, деревянную поверхность подушечками пальцев…
В центре огромного зала без окон, в свете ярких светильников и окружении десятка мужчин в солидных костюмах, выдающих в них знатных аристократов, стояла хрупкая, стройная, обнажённая девушка, стыдливо прикрывая свою оголённую грудь рукой и опустив взгляд в мраморный пол.
Мужчины оценивающе поглядывали на девушку, пускали в потолок густые клубы сигарного дыма и о чём-то едва слышно перешёптывались между собой.
Перед группой мужчин расхаживал ещё один, выделяющийся среди остальных и манерой держаться, словно хозяин, и наличием в своей руке аккуратного деревянного молоточка.
— Пятьсот золотых! — лениво бросил один из гостей, пузатый аристократ с багровым лицом, потягивая вино из бокала.
— Пятьсот пятьдесят! — тут же перебил другой, молодой, с тонкими усиками по столичной моде, поправляя щегольские манжеты рубашки на запястьях.
— Пятьсот пятьдесят! — громко выкрикнул распорядитель аукциона, взмахнув молоточком. — И это всё, господа? За такую редкость? Жалких пятьсот пятьдесят золотых⁈ Вы ведь знаете, ради такого пустяка я бы не стал даже собирать вас!
— Какая-то она… худая. Я люблю в теле! — скривился широкоплечий мужчина с седыми бакенбардами, неторопливо двинувшись со своего места и обойдя предмет торга со стороны, словно выбирая породистую кобылку на рынке.
Взгляд аристократа заинтересованно скользнул по голой заднице девушки, он остановился позади, протянул руку и с явным удовольствием сжал упругую женскую ягодицу своей пятернёй, оставляя характерные красноватые отметины пальцев.
— Хороша! — подтвердил он. — Но за пять сотен я десяток таких девок куплю на невольничьем рынке.
— Справедливо! — с ухмылкой произнёс хозяин аукциона.
— Но? — донеслось от одного из мужчин у стены. — Ты что-то скрываешь от нас, Джордж? Что она может такого, ради чего ты нас всех собрал здесь?
— Хм, — хозяин загадочно прищурился, сложил губы бантиком и посмотрел на девушку. — Покажи им, — отрывисто приказал он, щёлкнув пальцами.
«Щёлк!»
Девушка вздрогнула, её силуэт поплыл и задребезжал, словно мираж. Черты её фигуры поплыли, будто тело растаяло под палящими лучами солнца, и свет в светильниках на миг погас.
На месте хрупкой, стройной, испуганной незнакомки, возникла рыжеволосая красотка с пышными формами, округлыми бёдрами и грудью, едва умещающейся в женской ладони, с дерзко выглядывающими между пальцев розовыми сосками, с томным взглядом и пухлыми, игривыми губками, от одного взгляда на которые мужчины непроизвольно сглатывали подступивший к горлу комок.
«Щёлк!» — раздался в повисшей тишине очередной щелчок, прокатившийся эхом по залу.
На месте рыжеволосой красотки появилась стройная брюнетка с восточными чертами лица, горящими словно угли глазами, и губами, изогнутыми в вызывающей, дерзкой улыбке, с тугой чёрной косой за плечами, спускавшейся ниже упругих на вид ягодиц…
«Щёлк!»
Арабскую красавицу сменила мулатка, будто сошедшая с фрески, посвящённой олимпийским играм — длинные атлетичные ноги, с идеально прорисованными мышцами, кубики пресса на плоском животе, чёрный кудрявый пушок волос на лобке, тёмные ареолы и такие же тёмные, дерзко вздёрнутые кверху соски.
Мужчины загалдели, отойдя от первого шока и поняв, что за сокровище им сегодня выпал случай приобрести.
— Тысяча! — выкрикнул первый пришедший в себя мужчина, будто боясь, что его ставку сейчас перекроют.
— Полторы! — тут же рявкнул второй, побелевшими пальцами сжимая трость в своей руке.
— Две!
— Две пятьсот!
— Три!
…
— Семь с половиной тысяч!
— Семь с половиной тысяч! — восхищённо пробормотал распорядитель аукциона. — Вот это уже другой разговор. Даст кто-то больше, господа?