— Да вот, представил. Как было бы здорово, если бы мы тут друг друга перестреляли назло фрицам. — Присаживаюсь я на своё место, вытирая, набежавшие от смеха слёзы, тыльной стороной левой ладони. — И вообще, давайте уже поедим, пока Аня нас не отправила в страну вечной охоты. Девушка она дюже серьёзная и долго уговаривать никого не будет. Сказала — «жрать», значит надо кушать, а кто не захочет, получит пулю в башку. — Разряжаю я нервную обстановку.
— Кстати, мою группу тоже покормить не мешает. Есть чем? — Вспоминаю я про обязанности осла-командира.
— А это я на всю нашу группу готовила. — Подчеркнула голосом слово «нашу», Анютка.
— Тогда будь ласка, сгоняй-ка в балку к машинам и позови всех разведчиков. Скажешь, я приказал, бойцов ты знаешь. — Отсылаю я девушку, чтобы не услышала лишнего…
— А мы тут с товарищами командирами посидим, о делах наших скорбных покалякаем. — Смотря вслед шустрой спортсменке, продолжаю я начатый разговор.
— Я что-то не понял, друзья, — а куда все остальные делись? Я имею ввиду военных. У нас вроде целый взвод из красноармейцев набирался, а остались одни ополченцы. Где люди? — интересуюсь я.
— Ещё ночью ушли. — Отвечает мне старший лейтенант.
— Как ушли? Кто же это им разрешил? — слегка удивляюсь я.
— А никто не разрешал. Тихо поднялись и ушли с позиции вместе с часовыми. Некоторые даже своё оружие бросили. Когда хватились, уже поздно было. — Отвечает Кравцов.
— Все ушли? — уточняю я.
— Да нет. Одно отделение во главе с сержантом Ефимовым осталось. Но они со мной на дороге стояли. Ещё трое обратно вернулись. Специально отстали от остальных по пути. К утру заявились. Они и рассказали, как дело было. — Рассказывает старлей.
— И как дело было? — спрашиваю я.
— Нашлись агитаторы, из уголовников и бывших кулаков, они остальных и подбили. Мол немец прёт, Красная армия драпает, — так зачем подыхать зря? Уйдём по-тихому за Дон, там и отсидимся в тылу. А дураки пущай подыхают за своего Сталина. — Вставил свои пять копеек Пацюк.
— И куда же наша контрразведка смотрела? — исподлобья уставился я на него.
— Я не успел всех опросить. Думал, те кто в отряде давно проверяны. — Начал оправдываться Пацюк
— Поэтому решил, что я во всём виноват! Сам накосячил и нашёл крайнего⁈ — не отстаю я.
— Да, нет… — Замялся Пацюк.
— Так да или нет? — сбиваю я его с мысли.
— Но это же, ты, всё затеял! — всё-таки выдавил из себя опер.
— Что всё? Давай, договаривай. Чего я плохого сделал? — встаю я и поворачиваюсь лицом к товарищам по оружию. — Хотел сколотить из драпающих красноармейцев и командиров боевой отряд и бить немцев? Для чего и организовал пост и поставил заградотряд на дороге. Предложил взорвать мосты, чтобы враг не смог войти в город на плечах отступающих? Что я ещё сделал не так⁈ — уже не на шутку рассвирепел я.
— Да всё так, по делу. — Поднялся со своего места Кравцов.
— А раз так, то давайте уже заниматься делом, а не сопли жевать! Где ваш взвод или то, что от него осталось, товарищ старший лейтенант? — снижаю я обороты.
— На дороге стоят. — Отвечает старлей.
— Видел я, как они там стоят. Толку от них ноль. Так что, Никита, забирай отделение сержанта Ефимова, одну из полуторок и выдвигаетесь в район сёл Никольское и Верхне-Никольское. Ты у нас начальник разведки, тебе и карты в руки. — Отдаю я ему трофейную топокарту с нанесённым на ней маршрутом движения немецких мотоциклистов.
— Откуда карта? — спрашивает он.
— Планшетка с картой под сидение завалилась, случайно нашли. — Почти не вру я. — Как я понял, эти дороги и должна была проверить разведка противника. А ведут они в деревню Дмитриевка и далее на Рудкино. Вот я и предлагаю проехать по этому маршруту, только в обратную сторону. Пулемёт у вас есть, но в бой лучше не ввязывайтесь. Ваша задача выяснить, где сейчас основные силы противника. Чтобы нам не с пустыми руками к командованию ехать. Хотя, кого я учу, сам разберёшься. — Не стал я учить разведчика прописным истинам. — Автомат тоже забери, пригодится. — Отдаю я ему подсумок с тремя магазинами. — Остальное в коляске мотоцикла найдёшь.
— А с тобой, товарищ оперуполномоченный, мы после договорим. — Обещаю я, когда Никита уходит. — Сейчас время дорого, так что беги в балку к машинам, там я ещё бойцов привёз, нужно всех опросить и проверить, только без мордобоя. На всё про всё тебе полчаса. Начнём сколачивать новый отряд. — Заканчиваю я разговор.
Отослав всех, и махнув Гавриле рукой, чтобы спускался, наконец-то приступаю к приёму пищи, а то набежит основная банда, и всё сожрёт. И хотя кусок в горло не лез, а на душе было пакостно, я всё-таки заставил проглотить себя пару ложек ароматного варева, а дальше молодой организм не сдержался и аппетит пришёл во время еды. А там и все мои подтянулись. Так что пока бойцы громко чавкали, нахваливая Анюткин кулеш или кашу из топора, курю в сторонке, размышляя о вечном. Дальнейшее уже было делом техники, как в прямом, так и в переносном смысле. Когда все поели, веду своих на высоту 163 и начинаю воспитательные мероприятия, раздавая звиздюли и пиздюлины лежебокам.
Вздрючив народное ополчение, осматриваюсь с вершины в бинокль и намечаю новые рубежи обороны, в виде сплошной траншеи по всему периметру высоты. И не для того, чтобы все задолбались, а чтоб было. И хотя войск, чтобы посадить их в эту траншею у меня не было, но после проверки на дорогах они должны появиться. Тем более среди отступающих тыловиков начали попадаться боевые подразделения из остатков разбитых частей, так называемые «активные штыки». Заметил я и свой косяк с расположением блокпоста, так как в трёх километрах на запад от нашей высоты находился перекрёсток дорог, а в двух километрах восточнее ещё один. Если по уму, то нужно ставить блоки и там и там, но у нас сил только на один пост, хотя разберёмся. Приметил я и ещё одну высотку верстах в двух на северо-запад. На немецкой карте она была обозначена как 197,5, и рядом с ней не только проходила просёлочная дорога из Петино в Рудкино, но и располагался один из дорожных узлов. На этой высоте я тоже наметил организовать опорный пункт с круговой обороной, а взводный или там ротный, это будет зависеть от наличия личного состава. В крайнем случае, посажу туда народное ополчение, надоело им видите ли копать, в бой рвутся, а то что пот экономит кровь, они ещё не испытали на своей шкуре. А некоторые видать, подзабыли, но это те, кто в гражданскую воевал, а кто-то и на империалистической горя хапнул.
Оставляю сержанта Майского командовать на высоте 163, и веду свою группу в балку. А то топать до будущего блокпоста лениво и далеко, так что лучше медленно ехать, чем быстро идти. Да и поддержка не помешает, надеюсь Пацюк уже разобрался с проверкой «зайцев», которых я отловил в Семилуках, а то катаются на машине в прифронтовой полосе, да ещё без билетов, а у шофёра нет прав с нужной категорией для перевозки людей.