Читать книгу «Когда-то я была злодейкой» онлайн.
Эмма знала, что мать обманывает отчима, догадывалась и о связях на стороне, боялась, но молчала и делала вид, что ничего не происходит. Впрочем, советника, как и Лиззи, полностью подпавших под влияние Темперанс, она давно перестала уважать и беспокоиться о них — тоже.
Эмма стремилась выйти замуж не только ради изменения статуса, но и желая уйти из-под контроля матери, будучи уверена, что та устроит ей брак по собственному разумению и спрашивать мнение дочери не станет. Девушку такой расклад не привлекал: с матери станется выдать ее за богатого, но старого. Девушке же хотелось если не любви, то хотя бы симпатии молодого человека.
— Ты обещаешь? С чего бы это? — съязвила Эмма. — Ты же нас ненавидишь!
Хмырова глянула на сводную сестру Лиззи и закатила глаза.
— Не стоит всех судить по себе, милочка. Ненависть — сильное чувство, оно подразумевает прежнюю любовь. А я ВАС не люблю, вы этого недостойны, так что — нет, я вас с матерью не ненавижу, скорее — презираю. Ты молода, у тебя есть шанс исправиться и прожить более достойную жизнь, нежели твоя мать. Кэтрин вообще ребенок, я надеюсь вырастить из неё нормального человека.
Елизавета встала, прошлась по комнате.
— Ты можешь пересмотреть гардероб Темперанс — ей он не понадобится. Забери все, что посчитаешь нужным. Остальное я продам. Да, именно так, не хочу терять деньги, и не кривись, это простая экономия. Тебе стоит поучиться вести дом и распоряжаться деньгами разумно. Не все мужчины доверчивы, как мой отец, да и жалование госслужащих невелико поначалу.
Эмма внимала, но было видно, что до конца она не «догоняет». «Твои проблемы» — хмыкнула про себя Хмырова.
— Если обещаешь вести себя прилично, не скандалить и не строить из себя царицу Савскую, поедешь с нами за город, пока тут идут судебные заседания. Кое-чему по дому я тебя научу, заодно поразмышляешь, как жить дальше. Согласна? Тогда иди, займись делом. И думай, сестричка, думай!
Эмма внимательно посмотрела на сводную сестру, кивнула и ушла, а Хмырова в изнеможении опустилась на диванчик. Устала она от этих разговоров.
Глава 17
Камердинер советника (и дворецкий в одном флаконе) Саймон нашел им небольшую виллу в нескольких часах езды от Кейпсити на север. Елизавета помнила эти места, но в здешней топонимике они назывались иначе. Не суть, главное, место было отдаленным, с выходом к океану, удобным, с садом, несколькими слугами и охраной, нанятой советником.
Все девушки Мортен с радостью покинули городской дом и устроились на вилле с комфортом. Молли поехала с ними, а довольная переменами Флоренс (теперь гордая экономка) осталась управляться с домом и строить новых горничных.
Елизавета на вилле установила режим: утром все рано поднимались, завтракали и шли к океану, где она учила девушек плавать, играть в пионербол на песке, принимать солнечные ванны, объясняя их полезность.
Пока девушки барахтались в прибрежных водах в местных купальных костюмах (о, просто боль, с точки зрения попаданки — нечто из семейных трусов и блузки с короткими рукавами плюс юбочка), охранники на заимствованной лодке рыбачили чуть поодаль, заодно приглядывая за акулами, стараясь не допустить возможной трагедии.
К счастью, ничего не случилось, зато рыба была на столе каждый день, а девочки познакомились и с прелестными дельфинами, и с котиками, видели даже фонтаны китов и плавники касаток — издали, со скалистых берегов, куда их таскала на променад старшая мисс Мортен.
Послеобеденный сон был обязательным пунктом распорядка дня и не вызывал ни малейшего возражения у утомленных «физкультурой» девушек. Спать заваливались не позднее девяти вечера, время до которого проводили за рисованием, рукоделием, чтением вслух и Лисиными рассказами о том, о сём.
Да, как-то так сложилось, что Хмырова устраивала сольные выступления, пересказывая девушкам фильмы, мультики, забавные сказки и истории из своего прошлого, попутно объясняя прописные истины о людях, природе, экономике и политике.
Выяснилось, что близнецы и Кэтрин хорошо рисуют, но плохо читают и пишут с ошибками, а вот счет знают лучше. География, история, биология — у всех на уровне... Да вообще никакая! Хорошо, что хоть название метрополии и имя короля им известно.
Зато Кэтрин и Эмма хороши в моде, косметике и этикете, а близняшки — в рукоделии, хозяйстве и кулинарии.
Пришлось исправлять недочеты совместными усилиями. Хмырова вспоминала все игры, развлечения, которыми убивали время ее соотечественницы с детьми, пока вливались в жизнь новой родины: «морской бой», «крокодил», «путаница», «города» (заменяли цветами, тканями, фруктами), даже строили замки из песка. Короче, попаданка заставляла девочек раскрепоститься, забыть о бедах и обидах.
Эмма не сразу приняла такой образ жизни, но после двух визитов советника с молодыми людьми (смотрины), расслабилась и начала «пытать» Лиззи на предмет правил ведения дома и счетов, приемов стирки, уборки и прочего, чтобы не ударить в грязь лицом перед будущим мужем.
Попаданке пришлось и у плиты постоять! Нет, совсем уж никудышней домохозяйкой госпожа Хобякофф не была: умела и суп сварить, и второе сообразить, и печенье испечь, и иголку в руках держала… Просто редко этим занималась — слуги же есть!
Особенно Елизавета любила готовить барбекю и шашлык жарить (умела несколькими способами мариновать разное мясо плюс соусы к нему подавать особые), салаты разные овощные и фруктовые крошить… Так что, по очереди с Молли (самовыдвиженкой), они вполне справлялись с двумя приемами пищи: в остальное время все мисс жевали фрукты, доставляемые фермером-соседом через день.
Сэр Николас посещал их каждую неделю, рассказывал о ходе разбирательств, бракоразводном процессе, настроениях в городе, делах в пансионе. Привозил и гостей — своих подчиненных, и Джеймса Боулза с Эдвардом Ноксом, пожелавших пообщаться с Лиззи. Визиты молодых мужчин вносили пикантное разнообразие и суету в сонный мирок отдыхающих, стимулируя их на занятия и уход за собой.
Комплименты посвежевшим сестрам были приятны всем, рисунки мисс оценивались высоко, кухня Лиззи — еще выше. Отец девочек не требовал строгого соблюдения этикета, поэтому посиделки были пристойны, но с долей расслабленности. Присоединялись к гостям и охранники — пожилые крепкие мужчины, давно знакомые советнику и Ноксу.
Разговоры, смех, игры… Вечера проходили в теплой непринужденной атмосфере. Елизавета чувствовала себя матроной во главе большого семейства: она была старше всех в компании. Пусть никто об этом не догадывался, но она-то знала!
Иномирянка оказалась в своей стихии — хозяйки светских вечеров. Да уж, сколько она их провела за прошлую жизнь! Умело направляя ход беседы, уводила разговоры в сторону от опасных или фривольных тем, красиво подавала еду, напитки, обговаривала с сестрами манеры, внешний вид, аккуратно льстила мужчинам, выведывала маленькие тайны службы и политики, вызывала на откровения о прошлом и замечала зарождающуюся симпатию.
Да, да, внезапно оказалось, что поиск женихов для Эммы превратился в свадебный марафон и для близнецов!
Эмма остановилась на подчиненном Боулза, 27-летнем Фрэнке Брэкстоне, местном буре (по определению Хмыровой, хотя фамилия не соответствовала, по ее понятиям), хорошо показавшем себя в расследовании экономических преступлений матери Изабель и мадам Гризельды, держательницы сети борделей — главных фигурантов дела о продаже послушниц.