И как ей вообще обустраиваться дальше в этом мире, где она застряла?
— Ты опять грустная, — раздалось рядом.
Ната вздохнула.
— Просто когда я поверила в реальность происходящего вокруг, стало как-то не смешно, — призналась вслух. Наконец-то это ощущение оформилось у нее в стройную мысль.
Она повернулась.
— Привет, Кранс. Как дела?
— Ты хочешь знать о моих делах? — Ей показалось, или он напрягся?
— Это выражение такое, для приветствия, — пояснила Ната. — Обычно в ответ надо говорить «Хорошо, спасибо. А как у вас?».
— Но здесь никто не интересуется делами, — возразил ей инопланетник.
— И это печально, — вздохнула Ната.
— А почему ты не верила в реальность происходящего вокруг? — спросил Зеленый. — Я вот вполне реален.
Он протянул руку и аккуратно толкнул ее в плечо. Качнувшись от пинка, Ната заулыбалась.
— Мда, — протянула девушка. — Наверное, ты — самое настоящее явление в окружающем меня мире.
По крайней мере, не смотря на экзотичный вид, именно его она воспринимает более…настоящим? Реальным? Привычным? Рядом с ним ей меньше всего кажется абсурдным происходящее вокруг.
— Вот если бы ты еще меня обнял, цены б тебе не было, — неожиданно сама для себя сказала Ната.
— Ты хочешь, чтобы я тебя обнял? — кажется, его глаза-маслины увеличились в двое. — Чтобы крионскау обнял человека?
— Ну, если это для тебя сложно или неприемлемо, то не напрягайся, — вздохнула девушка.
Зеленый, не смотря на свои габариты, бесшумно и плавно перетек к ней ближе. И как будто-то нерешительно положил ей на плечо свою лапищу. Ната тоже придвинулась к нему поближе, откинулась спиной на что там у него впереди под плащом, поерзала немного, устраиваясь, и затихла.
Они помолчали какое-то время.
— Я узнал про крокодила Гену. И он совсем на меня не похож, — снова отмер Кранс.
— Слушай, я же уже извинилась. И, если тебя утешит, Гена тоже искал себе друзей. А еще… ну, он просто … тоже зеленый.
— Тоже зеленый? — удивленно произнес Кранс. — Но я не зеленый!
— Да? — теперь черед удивляться Нате. Она повернула голову назад, пытаясь разглядеть Кранса вблизи. Но в условиях ночных режима освещения сложно что-то понять насчет цвета. — А какого ты цвета?
Зависнув на мгновение, парень отозвался.
— В вашем языке нет такого определения. — Подумал немного. — И у людей вообще зрение гораздо хуже, чем у нас. У вас всего три колбочки в фоторецепторе глаза. Вы видите менее миллиона оттенков.
И добавил снисходительно.
— И всё, у вас даже больше ничего нет!
— А у вас сколько колбочек и чего там еще? — полюбопытствовала Ната. А вдруг инопланетник видит что-то еще, например, у земных змей есть инфракрасное зрение.
Но Кранс молчал.
— Почему ты такой скрытный? Отмалчиваешься, как партизан на допросе, — фыркнула девушка. — Мы же с вами не воюем.