— Естественно, — я ответил, не задумываясь, поскольку задавался этим вопросом еще в своем мире. — Мне не нравятся злыдни, не нравятся истерички, не нравятся дурочки, и я не испытываю влечения к болезненно худым и болезненно толстым… — тут я все-таки задумался. — Хотя на самом деле это вопрос наличия выбора, конечно.
Если бы меня занесло на необитаемый остров с очень толстой девушкой, — естественно, до того, как я женился! — и она оказалась бы нормальным человеком, думаю, рано или поздно ее полнота перестала бы меня волновать. Правда, на необитаемых островах большинство людей, говорят, довольно быстро худеет: даже если там есть еда, ее еще попробуй добудь! Калорий в процессе точно потратишь больше, чем получишь.
— Ага, то есть на самом деле чисто внешне тебе нравятся почти все, — засмеялась Ханна.
— Главное, — сказал я, — что мне нравится твоя прежняя внешность. И Рагнина. Но если воссоздать ее по какой-то причине не удастся, я уверен, что смогу найти красоту в любой — лишь бы это было здоровое, живое женское тело.
— Очень большое облегчение, — серьезно кивнула Рагна. — Я не могу поручиться, что внешность повторится один в один. Ритуал все-таки непростой.
Действительно, непростой — даже с идеальной плотью требовалась солидная подготовка и серьезные вычисления — а учитывая, что я еще по полмесяца пропадал в Академии, мы справились только к концу мая.
Вообще эта тема с полумесячным отсутствием внезапно вписалась в мое расписание, как родная! Мне все равно требовалось периодически проводить переговоры с теми или иными официальными лицами. То и дело возникали задачи, которые удобнее всего решать либо из столицы, либо уж, по крайней мере, из центральных областей королевства. Так что сами по себе эти отлучки не были проблемой, наоборот — параллельно с приглядом за моими «неженками» мне удавалось еще провернуть немало дел в связи с манором. В начале мая со мной порталом сходил даже Габриэль и прожил эти две недели с нами — Лиихна тогда просто расцвела. Заодно тоже кое-какие свои вопрос решил — не только по нашему общему предприятию, но и свои семейные. Его сын, кстати, новый юный облик отца воспринял положительно. Мы договорились, что в ближайший отпуск заглянет к нам, а Мириэль посмотрит, сможет ли она укрепить и его собственную связь с Лесом. Сказано же, «до восьмого колена».
«На самом деле Рагна ведь тоже член Ковена, — прикидывал я. — Если дела пойдут еще лучше, можно будет заложить эти лишние сто золотых в накладные расходы и мотаться по делам еще чаще — дорого, конечно, но…»
Впрочем, нет, сто золотых — год обучения в Академии! — за одну поездку меня отдавать все-таки жаба душила. И Рагну с Габриэлем, как главных после меня распорядителей наших финансов, тоже. Не сказать, что наше предприятие сводило концы с концами, но мы по-прежнему довольно тщательно считали деньги. «Бесплатные» переходы очень помогли нашей эффективности, не напрягая бюджет.
Я даже спросил Вилью:
— Слушай, как ты догадался, что такой режим работы мне так хорошо подойдет? Ведь это была твоя идея, а не декана, верно?
Он пожал плечами.
— Про «методиста» придумала мессира Дархерст, она лучше меня знакома с практиками других миров. Про работу по полмесяца — не то чтобы именно я… Видишь ли, когда ты сказал про Рагну, мне пришлось второй раз за день пересмотреть сложившееся о тебе впечатление. Прежде, до того инцидента, я считал тебя очень хорошим человеком, удивительно оптимистичным и даже слегка наивным для некроманта — но и только. Узнав про диплом и проверив, чем ты занимался в библиотеке — а мне тут же пришло в голову, что ты, как и тот господин Алеун, мог что-то украсть — я решил, что ты, наоборот, ловкий мошенник и негодяй, успешно водивший нас всех за нос. И тут ты сказал про Рагну… — Вилья вздохнул. — Не то чтобы я думал, будто Рагна неспособна выйти замуж за мошенника и негодяя. Наоборот, во времена нашей юности она, на мой взгляд, могла бы так обмануться. Но твои слова про лича с целой душой снимали главное обвинение — в том, что ты планировал жертвоприношение или помогал тому, кто уже его совершил. Однако после того, как я уже один раз резко поменял мнение о тебе, мне не хотелось кидаться в другую крайность, и я отправился наводить справки.
— Понимаю, — кивнул я.
— Да, ты понимаешь, — согласился Вилья, — одно из лучших твоих качеств. Так вот, сперва я поговорил с Колином Эрроу — это уже много прояснило. Мы с ним не однокашники, он лет на сорок меня моложе, но нам несколько раз приходилось работать вместе, и я знаю, что его оценке можно доверять — несмотря на кажущееся легкомыслие. После этого я отправился в столицу и постарался назначить встречу с графом Аню, что мне, вопреки ожиданиям, легко удалось. Зная репутацию Посвященных Света и конкретно графа, я также не сомневался, что его дифирамбам в твоем отношении можно верить. Мы с ним очень хорошо поговорили. Среди прочего он сказал: «Андрей добросердечен, поэтому способен отвлечься на спасение посторонних ему людей. Но, в отличие от меня, он может позволить себе роскошь ставить семью на первое место. Так что я крайне сомневаюсь, что он согласится вернуться к преподаванию на постоянной основе, если вы именно это намереваетесь ему предложить». Еще он заметил, что твоя вотчина очень далеко, что вам даже с баронессой Леу это целый день лету, не говоря уже о возне с лошадьми. При этом твои дети слишком малы, и ты не захочешь надолго с ними разлучаться. Тогда-то мне и пришла в голову идея портала. Декан Дархерст сперва не соглашалась визировать расходы, но я заметил, что лишние двести золотых в семестр — невысокая цена за нулевую смертность, и она со скрипом, но согласилась.
— Двести золотых? — удивился я.
— Стоимость одного портала туда-обратно для Академии — сорок девять золотых, — усмехнулся Вилья. — Близка к себестоимости.
Ни фига себе разница в расценках! В четыре… нет, в восемь раз меньше коммерческой цены, если «туда-обратно»!
— Я, знаешь, не уверен, что мне удастся и дальше обеспечивать нулевую смертность… — покачал я головой.
— Скорее всего, не удастся, — спокойно согласился Вилья. — Слишком опасно работать с Нежизнью, да еще в детском возрасте. Однако пока твой курс — первый с нулевой смертностью за последние семьдесят лет. Я не думаю, что это совпадение.
— Не говори «гоп», — вздохнул я. — До экзаменов еще есть время. А ты бы знал, от какой глупости я еле уберег Роже позавчера!
— От какой?
— Я обещал не говорить. Но парень запросто мог остаться без руки, а то и вовсе погибнуть.
Глупость была совершенно дурацкая: парень решил пофорсить нестандартным маникюром и, вместо того, чтобы просто взять ножницы, прошелся по кончикам ногтей Нежизнью. Как он только до этого додумался! Гангрену удалось остановить, кончилось тем, что у мальчика просто онемели пальцы на пару дней. По мне так легко отделался.
В общем, в связи со всеми этими сложностями в Академии мы решили не торопиться и провести ритуал облечения плотью уже после экзаменов. Тем более, нам очень не хотелось, чтобы с ним совпал визит родителей Леу — которых мы ждали буквально с марта, но которые что-то никак к нам не торопились. Леу, бедняга, совсем извелась, тем более, что последний шажок ей никак не давался: она создавала множество образов разнообразных «кукольных» в плохом смысле девушек, от страшных до смешных, и никак не могла поймать верные пропорции! С анатомией там тоже что-то не ладилось: хотя именно репродуктивной системе Леу уделяла максимум внимания, она у нее все время шла вразнос. Гормональный баланс моей драконице тоже никак не давался, так что эти ее куклы получались то чересчур истеричными, то гиперсексуальными, то рыдали от любого слова, как Аня в начале года. Превращаясь назад в ящеродевушку, Леу всегда сконфуженно извинялась за поведение своих альтер-эго. (Не то чтобы за гиперсексуальность стоило просить прощения, по моему мнению…).
— Мама с папой так меня будут ругать, так ругать… — только и говорила она.
— Может быть, они запутались в датах и приедут не этой весной, а следующей? — спросил я. — Или вообще через десять лет? Вы же, драконы, так долго живете, для вас, наверное, год — что для человека неделя.
— Да нет, мы нормально время ощущаем… — вздохнула Леу. — Не знаю, может, конечно, они меня потроллить решили, а сами и не собирались никуда. Но что-то я не верю в такое счастье!
Итоговые экзамены мои ребята сдали с честью, и Ротимера с Питером действительно согласились перевести сразу на третий курс. Мелиссу тоже — если осенью еще раз сдаст профильный экзамен. К моему удивлению, адскими усилиями девочка подтянула общеобразовательные дисциплины, но вот анимация животных крупнее крота, ей никак не давалась. А для третьего курса нужно было уметь работать с кошками и небольшими собаками
— Ничего, — утешал я ее, — тебе еще мало лет, это тоже имеет значение. За каникулы запросто может произойти скачок. А даже если и нет, после второго курса можешь попробовать сразу на четвертый. Или даже на пятый, почему нет.