На экране августа Маргарита Первая. В своём «Аквариуме» Императорского Ситуационного центра в Константинополе. Хотя могла позвонить откуда угодно. Хоть с лавочки в парке. С неё станется. Она же мне звонила, а не шестилетней девочке. Ладно, девочке шесть с половиной, для Кати это важно. Так она взрослее. Намного. Впрочем, она и по факту ощутимо взрослее своих семи лет.
Года на три.
Улыбается императрица царице.
– Привет, солнце, рада тебя вновь видеть. Как ваши дела?
Моя дочь кивнула в экран.
– Снова привет, Марго. У нас всё хорошо. Мы летим.
– Завидую.
– Прилетай.
– Может, позже. Как там твой пёсик переносит невесомость?
– Не слушается. Он скулит всё время. Ему страшно. Наверное. Папа так говорит.
– Ну, погладь его, успокой.
Лукаво:
– Папу?
Смех.
– Собакена твоего. Зато представь, как он будет прыгать по Луне.
Катя почесала собакену за ухом.
– Папа сказал, что собаки на Луне не живут и Бася может там сдохнуть, если я его потеряю. Чтоб я не удивлялась.
– Добрый у тебя папа.
– Ага. Уверена, что Бася справится.
– Конечно. Медкомиссия бы его не допустила к полёту, если бы был серьёзный риск. Справится. Вы же на Луну ненадолго. Но будь готова к тому, что ему будет нехорошо. Это космос и Луна. Собаки, кошки и прочие птицы там действительно не выживают. Помнишь, я тебе рассказывала?
Мелкая царица Марса закивала и сообщила в экран:
– Помню. Я присмотрю за Басей, чтобы он не потерялся. Марго, у него на ошейнике чип. Найдём, если что. И дедушка обещал нас встретить.
– Чудесно.
Это был первый полёт в космос для моей шестилетней дочери и её собачки. Катя была взволнована и полна впечатлений. И словоохотлива. А уж собачка, так и подавно. Даже не гавкнул, собака.
– Солнышко, а папа далеко?
– Рядом.
Показываюсь в камеру планшета.
– Привет ещё раз.
– Привет, любимый. Как вы там?
Хмыкаю жене.