— Я настаиваю. Нет, если страшно, тогда конечно… Автомат прихвати, что ли.
— Да я… Что мне автомат… Нужно будет, и автомат… —
майор ОМОНа встал с третьего раза. Может, и правда набрался, может, прикидывается.
Капитан и лейтенант поднялись было с ним, поднялись споро, без заминки, но майор махнул рукой:
— Оставайтесь здесь.
В сумерках они подошли к бульдозеру. Сидоров достал фонарь, мощный, что прожектор.
Тело омоновца в кабине бульдозера Петров осмотрел внимательно. Но поверхностно. А как иначе? Потом всей группой обошли остальных. В тишине. С полным уважением к смерти.
И вернулись в балок.
— Ваше мнение? — спросил следователь.
— Какое уж тут мнение… Вам думать. Но на бунт никак не похоже.
— Бунт?
— Сиречь массовое вооружённое выступление, направленное на свержение существующего строя.
— С этим порядок. Никаких признаков массовости, никаких признаков вооружённости, — согласился следователь.
— Тогда мы спокойны, — сказал Петров.
— Спокойны? А то, что погибло четверо отличных парней, тебе плевать? — в тепле к майору ОМОНа вернулась злость.
— Майор, ищешь виновных? Может, я виноват, а? Ты скажи, не стесняйся. А если стесняешься, вспомни: это твои парни погибли, майор, твои и ничьи более. Почему погибли, разберутся. Если мешать не будешь.
— Сами не мешайте, а уж мы разберёмся, — но позволил капитану и лейтенанту себя усадить.
— Ладно. Мы, пожалуй, отправимся отсюда, пока целы. Если будет что новое по нашей части — сообщайте сразу.
— По вашей? — спросил следователь.
— По части отдела Эс. Можете через министерство связаться, а можете и напрямую.
— Напрямую — это куда?
Петров достал три визитки С. Одну дал следователю, две положил на стол.
Потом попрощался за руку со следователем, остальным кивнул.
Они вновь вышли под небо. Глубокое небо, звездное, а над горизонтом огромная луна.
И рядом техника с замёрзшими омоновцами.
Подъехала санитарная машина.
— Где тут трупы?
— Это не к нам, мы тут просто погулять… Вон, в балке начальство, — направил санитаров Иванов.
Они забрались в машину. Мороз нешуточный, но выстудиться автомобиль не успел.
Иванов запустил двигатель, включил печь.