Хотя о ком это я?
В моей жизни могло случиться всё что угодно, опыт прекрасно показал мне это.
Я вернулась в действительность, попрощалась с Владом, положила телефон на стол и застыла.
Смотрела на стол, на свои руки, вспоминая.
Тот самый день, когда Матвей сделал мне предложение, а я согласилась, ведь любила.
Любила, доверяла, верила.
Зря.
Мало того что Ветров оказался тем ещё тираном, так и верным он быть в браке не собирался.
Сюрприз!
Я заставила себя забыть его, похоронила в памяти. Подала на развод, благо ребёнка у нас пока не было. Думала, больше работы возьму, забуду. Со временем сотрётся и боль от измены. И та самая картинка, что надолго отпечаталась в памяти, со временем тоже поблёкнет.
Как же я ошибалась! Очень скоро Матвей показал мне своё истинное лицо, решив, что я всё съем, в том числе измену в нашей же спальни, в нашей кровати, да и ещё с моей помощницей! Решил, что я буду послушной в его руках и его воле.
Почти два года прошло, как мы развелись.
Нет, Матвей не изменился, в этом я была уверена. Такие не меняются.
Мысль о подставном ухажёре казалась мне всё более логичной.
Я откинулась на спинку кресла, отпуская прошлое. Я обещала себе забыть его. Навсегда.
Но…
Мысли вернули меня в тот самый день, когда всё случилось. Когда у меня открылись глаза на моего мужа. Когда я поняла: всё, что было между нами, было обманом.
Глава 2
Как же банально всё случилось, словно в романе. Мой самолёт и короткая двухдневная командировка по работе. Отложенный вылет на двенадцать часов. И я, решившая вернуться домой к мужу, тем более я оставила машину здесь же, на стоянке.
Я ехала в наш дом, который находился в Лахте, почти на границе с Питером, и думала о наших отношениях. Матвей не хотел пока детей и почти убедил меня подождать ещё. И всё равно перед самой командировкой я намекнула мужа, что мне почти тридцать и думать о детях стоило активнее.
Муж подхватил меня, закружил по комнате, а после медленно поставил на пол, обнимая крепко и шепча на ухо:
— Посмотри только какая ты, Ярослава. Ты ж тростиночка, ты ж моя красавица. А представь, что может случиться, когда ты забеременеешь? Никто не застрахован, Яся. Вот развезёт тебя, ещё и грудью придётся кормить. Тело оплывёт, грудь обвиснет. Ты ж медик, сама знаешь.
Улыбка застыла у меня на губах. Я вроде и улыбалась, смотрела в заботливые глаза мужа, а он любовался мной. Смотрел с такой страстью, ещё и ладонь под юбку успел засунуть и поглаживал, отвлекая.
Я уже хотела сдаться его намёкам, а поговорить после командировки, но решила настоять на разговоре.
Серьёзно напомнила, задерживая его ладонь:
— Матвей, тебе тридцать семь, и у тебя нет детей. Ты сам говорил, что хочешь и планируешь ребёнка, мы обсуждали перед свадьбой вопрос с детьми.
— Верно. — Муж чмокнул меня в нос и улыбнулся: — Я помню, Яся. Я ж не против, но не слишком ли рано? Давай поживём для себя, а через пару лет поговорим. Ты молода, здорова, посвяти это время себе. Ну, и мне, конечно.
Матвей опять начал приставать, лез целовать шею, но я обеими ладонями повернула его голову ко мне, смотря ему прямо в глаза, и спросила:
— А на самом деле? Ты, что, не хочешь детей? Матвей, ты не первый раз уходишь от ответа. Давай сейчас обсудим, пожалуйста. И да, я медик, и рожать в тридцать пять — это не в тридцать. Чем дальше, тем более увеличены риски. Матвей, я хочу здорового ребёнка. А ты? Разве ты не думал о наследнике? Мы обеспечены, можем нанять помощниц, чтобы дети не стали обузой.
— Дети? — Холодно переспросил муж. — Мы с тобой перед регистрацией обсуждали этот вопрос. Мне достаточно одного ребёнка, Яся. Мальчика.