Опять что-то мутное.
Лавка.
Мячик.
И голос:
— Савушка, не бегай, взопреешь…
Ну да… а дальше вон сад. Яблони имелись и даже груша, которую матушка особо обихаживала. И белила по осени, и подкармливала золой. Груши, помню, та давала небольшие, но много и сладкие до приторности.
Савка любил.
— Эй, — окрик вырвал из воспоминаний. — Вы чего там? А?
Хороший вопрос.
Мы чего тут?
— Доброго дня, — Мишка приподнял кепку, приветствуя толстую женщину в буром платье с закатанными по локти рукавами.
Это…
Как её…
Соседка. Точно, соседка. И я поспешно отвернулся, ссутулился.
— Доброго, доброго, — лицо у женщины было круглым и красным, то ли от жары, то ли само по себе. Седые волосы она убрала под косынку, и хвостом её отирала пот со лба. Глядела она с любопытством.
— Вот, дом думаем прикупить. Сказали, что можно глянуть, — Мишка поднял связку ключей, которую нам выдали в агентстве, заверивши, что эта сделка — именно то, что нам надобно.
И лучшего варианта мы не найдём.
Ну да…
— Это вы зазря, — соседка опёрлась на забор, разделявший участки. — Проклятое место.
— Так уж и проклятое?
Я дёрнул поводок, вытащив Тьму и Призрака. От дома воняло гарью. Этот запах ни осенние дожди не вымыли, ни зимние ветра не выстудили. Намертво он въелся в чёрные, подкопченные стены. Но сами стены вполне крепкие. Оконные провалы заколочены. Дверь перетянута железною полосой, на которой висит замок. Замок свежий, а вот полоса успела покрыться ржавым налётом.
— Как есть проклятое, — соседка широко перекрестилось. — Колдун тут жил.
— Да неужели?
— Не веришь? — выцветшие до белизны брови сошлись над переносицей.
— Скорее любопытно. Нам сказали, что жила женщина с сыном, но он заболел и она уехала. А дом сгорел…
— Так-то оно так, — женщина оглянулась и поманила Мишку. — Да только это не просто…
Дверь поставили уже после пожара. Она выделялась цветом и отсутствием копоти. Под порогом виднелись щели. Их хватило, чтобы Тьма просочилась внутрь. Призрака я отправил за дом. Там, вроде сарай имелся. Тут при каждом доме сарай, и пусть коровы матушка не держала, потому что хлопотно это, но куры были.
— … это ж полюбовница колдуна, спаси, Господи, душу её. Жила с ним во грехе, невенчанная…
Всегда удивляло, откуда соседи узнают подробности о чужой жизни.
— … дитё прижила. Так нет бы в храм снести, батюшке поклониться, чтоб спас душу невинную…