Будет кто на той стороне, скажут. Если опасный, то не полезем. Если мелкий — подкормятся.
Тьма уже видела трещину и, позабыв о страхе, замерла перед ней, принюхиваясь. Невидимый ветер шевелил туман в её гриве, и Тьма щурилась, вдыхая его.
— Чтоб тебя… — буркнул Мишка.
И дверь открылась.
Глава 5
Глава 5
И принёс ворон воды живой да воды мёртвой. Полил он тело богатыря мёртвою водой, и затянулись раны его. Полил живою — и открыл богатырь глаза.
Сказ об Иване-богатыре и Море Моревне, проклятой царевне.
Ладно, не дверь.
Полынья.
Только здесь она выглядела, как мутное зеркальное полотнище, выступившее из стены. И поверхность полыньи была гладкой, мёртвой. Я протянул руку, касаясь. Силу тянет. И значит, живая вполне.
Как у отца получилось?
Может, он искал дом, а в подвале обнаружил это вот? И потом уже использовал по своему разумению? Но… нет, он же как-то закрывал, чтобы твари не лезли.
Лаборатория опять же.
— Вперёд, — я уступил место теням. И Тьма с готовностью нырнула в проход.
Плёнка рвётся с лёгким хлопком и сквозняк усиливается, а границы полыньи тают. Она становится шире и больше, пока не упирается в тончайшую светящуюся рамку.
Значит, есть ограничение.
И значит, даже если полынья возникла естественным путём, то дальше отец её доработал.
Я прислушиваюсь к теням. Тревоги нет, одно лишь любопытство и… снова страх?
— Что там? — Мишка изо всех сил вглядывается в поблескивающую поверхность.
— Без понятия. Идём?
И я делаю шаг.
Переход… переход почти и не ощущается. Так, легкая дезориентация и головокружение, которое проходит почти сразу. И я отступаю. Будем надеяться, что дверца не захлопнется за спиной. Приходит запоздалая мыслишка, что надо было бы оставить кого на той стороне.
Лучше всего — Мишку. Он тоже Охотник и если вдруг, дверь открыл бы. Но Мишка уже здесь.
И Метелька.
И… надо что-то с этим делать. В смысле, с моей внезапной порывистостью. То ли тело молодое на мозгах сказывается, то ли башку мне всё-таки слегка отбили.
— Воняет, — Метелька вскидывает руку, зажимая нос. — Чем тут так…
Запах стоит и вправду своеобразный.
Место…
Здесь сумрачно. Не темно, но именно сумрачно. Слева стена. Сизая, неровная, изрезанная светящимися прожилками. Чуть выше они собираются вместе, образуя этакие восковые наплывы.