Ну, бизнесмены блин, все с собой притащили, торговаться. Это у них тут в порядке вещей, судя по всему. Восток — дело тонкое. Это даже интересно, не все же из автомата стрелять, можно и поторговаться. Хм, почему Пешкин мне про это ничего не сказал?
— Фатир, калама! — кивнул я и показал два пальца. Таджики радостно закивали.
— А буза нужно? Хороший буза!
— Чего? — не понял я.
— Буза, буза! Вот! — мне показали кожаный бурдюк, в котором что-то плескалось. По запаху отдаленно напоминало пиво. Только сильно разбавленное, с какими-то травами.
— Ага, алкашка у вас тоже есть, да? — усмехнулся я. Ну, эти-то пьют.
— Да-да, будешь брать?
В общем, сторговался я с ними. В итоге получил кусок мяса, две лепешки, и другой бурдюк, наполненный айраном — кисломолочным напитком, что у них тут был популярным. Еще немного овощей. А взамен в дополнение отдал старый бушлат, что висел на стене. На кой-черт он им нужен, я уточнять не стал. Забрали и ладно.
Холодильника у меня не было, мясо хранить негде. И хотя температура воздуха снаружи была около плюс восьми градусов, его можно было вполне оставить на улице. Ночью температура упадет ещё немного, так что нормально. Никто не сожрет. Завтра из него шашлык сделаю.
Баранину я не очень любил, из-за специфического запаха, но как говорится, в армии любое мясо на пользу молодому организму. Айран мне понравился, вкусный. Не то, что в магазинах двадцать первого века продавалось. Много его не выпьешь, но для разнообразия — самое то. С лепешками самое то. Причем они оказались разными на вкус. Вот почему они их называли фатир и калама.
Таджики, которых, кстати звали Абдул и Рустам, ушли очень довольными. Я тайком проследил куда они направились — прямиком в свой кишлак. Тут ничего подозрительного не было, поэтому я вернулся назад. Надо бы сходить туда завтра, разведать обстановку и посмотреть, что у них там вообще есть.
Ближе к семи вечера, когда уже частично стемнело, к деревянным воротам подъехала машина. Услышав шум двигателя и скрип тормозов, я вышел наружу и увидел тёмно-зелёный УАЗ-469 с открытой крышей. Так скрипеть тормоза могли только у УАЗика, вероятно, он с завода такой всегда был.
Внутри водитель, справа от него пассажир. Других людей в машине не было. Заглушили двигатель, отключили фары. Водитель остался на месте, а пассажир покинул машину и медленно направился ко мне.
— Прапорщик Громов?
— Он самый! — на этот раз, автомат был при мне. Ну так, на всякий случай.
— Я капитан Петренко. Мы говорили сегодня по радиосвязи. У меня есть новости от генерала Калугина! Но сначала обязанности. Пройдем внутрь?
— Конечно!
Ничего подозрительного я не заметил. Чуйка тоже молчала. Видно было, что капитан Петренко бывал здесь не один раз и хорошо знал, что и где находится. Осмотрелся, принюхался.
— Жируешь? Это хорошо! Так… А где доклад? Все в норме? Ничего не произошло?
— Товарищ капитан, давайте не будем устраивать тут цирк? — хмыкнул я. — Вы же понимаете, что смотрящим я сюда не нанимался⁈ Кстати, у вас тут с точки зрения устава полный бардак! Одних только нарушений я больше десятка выявил…
— Умный, что ли? — пробурчал тот.
— Не жалуюсь! — я посмотрел ему прямо в глаза. — Ну, чтобы зря не терять ни мое, ни ваше время, что там генерал передал?
— А ты я смотрю, Громов, за словом в карман не полезешь… — капитан посмотрел на меня внимательным, изучающим взглядом. — Откуда сам?
— Ростов-на-Дону!
— Ясно… Далековато. Ну, ладно. Не буду душить тебя… В общем так, раз уж ты находишься на объекте, у генерала к тебе небольшое поручение. Через два дня сюда привезут… Кое-что важное, тебя это волновать не должно. Задача простая — все принять и сложить внутри дома. Просто и понятно, да? Соответственно, лишних вопросов задавать не нужно. Так, э-э… Вот тебе ключ. Не потеряй, я заеду потом и заберу. И поглядывай тут, чтоб местные не лезли. А то у Пешкина были пара инциденты.
— Даже так?
— Угу. Хитрые они.
— И что, это все? — удивился я. Честно говоря, ожидал другого. Что это за ерунда?
— А что ты ещё хотел?
— Сколько мне тут торчать?